В погоне за тенью

Антон был уже там и сразу же познакомил меня со своими приятелями. Я был представлен всем им, после пожал всем руки. Очень старался запомнить имена, да и вообще старался выглядеть достойно. Саня же, в отличие от меня, вёл себя непринужденно, смеялся и рассказывал ребятам истории.

Старшеклассники мне понравились. Они учтиво предложили мне покурить, а я не стал отказываться. В прошлом году от подобного я бы в ужасе сбежал, но теперь в моей жизни многое поменялось. Саня тоже пытался курить, чтобы не упасть лицом в грязь.

Точнее, просто набирал в рот дым и выпускал обратно. Я это заметил, но вслух говорить не стал.

Сам я вдохнул дым и сразу же закашлялся. Потом меня затошнило. Пацаны по-доброму меня подбадривали и говорили, что потом я обязательно научусь курить. Ещё мне дали попробовать пива. Его вкус мне понравился больше, чем вкус сигарет. Я вдруг почувствовал себя настоящим взрослым мужчиной.

Я напряжённо следил за реакцией новых приятелей, боясь сделать или сказать что-то не так. В основном молчал и слушал разговоры, казавшиеся мне такими важными и интересными.

Пацаны обсуждали девчонок; кто-то хвастался, что у него уже был секс, и гордился, какой он крутой после этого.

В спальню мы вернулись немного захмелевшими. Я был доволен и счастлив. И невольно подумал, что, наверное, в тот момент папа был бы очень мною доволен, ведь я наконец-то нашел друзей.

На следующий день я решил спросить у Сани его мнение. Меня волновал один вопрос:

– Сань, как думаешь, я перед пацанами лохом не выглядел? – я спросил это на перемене, когда мы шли на урок химии.

– В смысле? – удивился Саня.

– Ну, может, парни подумали, что я маменькин сыночек, – смутился я, опуская глаза вниз.

Саня вдруг фыркнул и рассмеялся:

– Нет, конечно, Дима! Антон просто так никого не приглашает. Только проверенных людей.

Я был польщён, что мне оказали такую честь. Оказывается, я был в кругу избранных.

– У Антона спроси, – посоветовал Саня. – А вообще, ты наш друг. Ещё бы они к тебе плохо относились!

У Антона я уточнять не решился, хоть он с каждым днём и относился ко мне всё лучше и лучше.

Раньше я почти ничего о нём не знал, кроме того, что у него осталась одна только мама: отец погиб, выполняя какое-то служебное задание. Он был полицейский. Школа оплачивала его обучение, но Богданов никогда его за это не травил. Я вдруг понял, что проучился с Антоном почти семь лет, но только сейчас узнал, что он за человек.

А Антон был очень интересный собеседник.