В погоне за тенью

 – Откуда ты взял это решение?

– Я решал похожую задачу из Савельева.

– Да это же университетский уровень, – заметила учительница.

– Я хотел бы стать физиком.

– Так он ещё и ботан! – зловеще заявил Колян. Теперь Бессонову пощады вряд ли стоило ждать, список грехов у него был слишком большой.

Я увидел, как Светлана Николаевна поставила пятёрку напротив фамилии Бессонова. Потом она продолжила урок. Кажется, у меня появился серьёзный конкурент. Зато за весь урок Колян даже слова в мою сторону не сказал, так был занят Бессоновым.

Последующие уроки проходили в том же ритме. Бессонов явно решил набирать себе баллы и старался отвечать на каждом уроке. Колян пока молча наблюдал, а я всё ждал, когда он всё-таки решит выступить против Бессонова.

С ним никто не общался. Никто к нему даже не подходили, будто его и не существовало. В столовой он тоже сидел в гордом одиночестве. Меня разбирало желание к нему подойти, но я лишь продолжал наблюдать, стараясь не выдавать своего любопытства.

Иногда он вопросительно смотрел в мою сторону, но я сразу же отворачивался. Я чувствовал, что ему неуютно и страшно, но почему-то медлил. Хоть мы и были друг в друге хоть как-то заинтересованы, за весь день никто из нас так и не сделал первого шага, и Бессонов явно поник. На последнем уроке истории он сидел, уткнувшись в книгу, и напоминал мне себя самого.

Уроки быстро кончились: всё-таки не стоило в первый же день загружать школьников. Однако я всё равно чувствовал себя выжатым, как лимон, и решил тащиться в спальню, чтобы разобрать вещи, привезённые с собой.

Потом нужно было сделать уроки. Будто лета и не было, теперь опять придется до ночи сидеть над учебниками.

Зато день у меня выдался спокойный. Никто меня не обзывал, не делал гадости, и я мог спокойно сосредоточиться на учебе. Богданов был весь день занят Бессоновым, хотя пока и слова ему не сказал. Это было своеобразное затишье перед бурей, и Бессонов это тоже ощущал. Он явно ждал от кого-то удара, это было написано у него на лице.

А я пока наслаждался спокойствием, раздумывая, надолго ли хватит Коляна.

В спальне я обнаружил Бессонова и понял, что его подселили к нам. Все ребята, и мальчики, и девочки, жили по четыре человека в комнате. Но весь прошлый год мы были в комнате втроём: я, Колян и Антон. В жилом корпусе были перестановки, потому что комнаты перестраивали. В результате от нас убрали Кирилла, лучшего друга Коляна и его заместителя по издевательствам.