Дом Властвующей

Когда они проходили мимо одной из развилок, Шемс заметила чёрную металлическую лестницу, ведущую на второй этаж. Широкие ступени тускло поблёскивали рассеянным светом от слабых сумеречных лучей, едва пробивавшихся откуда-то сверху. И совершенно невозможно было понять игра ли это воображения или на самом деле на верхней ступеньке стоит высокая, худая старуха в чёрном платье и с паклей седых волос до талии.

– Там наверху находятся покои Властвующей? – слетел с губ Шемс суеверный шёпот.

Тиббот молча кивнул и немного ускорил шаг, безошибочно угадывая тревожный ход её мыслей.

Впереди коридор закончился глухим тупиком, и они остановились возле левой крайней двери. Изящный ключ из красного металла, лёгкий, с головкой замысловатой формы, беззвучно повернулся в замочной скважине. И в ту же секунду дверь отъехала в стену, выпуская наружу свет.

Их встречали просторные покои, состоящие из гостиной, спальни, гардеробной и ванной комнаты. Повсюду спокойные кремовые тона на матовых стенах и светлые ламинированные полы, демонстрирующие естественный древесный рисунок, начищенные до блеска и отражающие в себе серебристо-серый свет от винтажных бра.

В центре гостиной – диванчик в обивке из тёмного бархата и рядом столик из бронзы и стекла в стиле 30-х годов 20-го века. Двигаясь далее, неискушённые глаза Шемс натыкались на всевозможные элементы декора: подсвечники, зеркала, часы, подушки… Но главная фишка заключалась в больших окнах в пол с видом на Эйфелеву башню.

– А он старается тебе угодить, – Тиббот одобрительно подмигнул девушке, прохаживаясь по льняному ковру, расстеленному в спальне.

Шемс взглянула на него со смущённой улыбкой:

– Про Эйфелеву башню это я вообще-то от балды придумала – первое, что на ум пришло. На самом деле я и во Франции-то никогда не была, – она протянула руку, касаясь ладошкой белого переплёта оконной рамы. – Спасибо, Дом, – и почувствовала в ответ лёгкую волну странной вибрации.

– Потом адаптируешь тут всё под себя.

– Да мне и так нравится.

– Значит всё в порядке? Не волнуйся, понемногу освоишься. Мне уйти или ещё побыть с тобой?

– Иди, конечно, – Шемс тотчас снова потеряла уверенность, но признаться в этом мешало чувство уязвлённого достоинства после недавних лапаний и того влажного поцелуя.

Ну вот и осталась она в полном одиночестве обороняться от всевозможных тревог, сомнений и страхов.