Дом Властвующей

Личные покои

– А у тебя весьма неплохой удар, – посмеивался Тиббот, двигая к низкому столику два тёмно-зелёных кресла в стиле индастриал.

– Договорились же не вспоминать об этом, – Шемс густо покраснела и нахмурилась.

– Просто хотелось бы быть уверенным, что в твоей голове не крутится какой-нибудь изощрённый план мести. Ты точно не затаила на меня смертельную обиду?

– Нет, блин, я восхищённо затаила дыхание! – огрызнулась Шемс. – Сказано же, всё! Забыли!

– Ну что ж, забыли – значит забыли. Тогда вот ешь суп.

Обедали они вдвоём прямо в покоях Тиббота. Шесм посчитала, что на первых парах смалодушничать невредно и на общую кухню идти отказалась, на чём Тиббот и не настаивал.

Они устроились в кабинете за кофейным столиком с полированной столешницей, настороженно смотрели друг на друга и ели приготовленный Тибботом рыбный суп. Необычный рыбный суп. Шемс такой никогда раньше не пробовала. И название такого даже не слышала – Де Пуассон с соусом Руй. Когда перед ней оказалась тарелка с ароматной однородной массой, а рядом ещё тарелочка с поджаренными и посыпанными тёртым сыром кусочками багета и тот самый соус Руй, Шемс даже немного растерялась.

Чтобы не прослыть невеждой в процессе правильного поглощения блюда, она украдкой наблюдала за Тибботом и повторяла за ним порядок действий.

Приходилось признать, с первой же минуты её пребывания в заколдованном доме всё начало складываться паршиво. Взаимоотношения с единственным здесь, как ей казалось союзником, судя по всему тоже не задались.

Негромкий стук в дверь заставил Шемс поперхнуться, а Тиббота поморщиться.

Получив разрешение войти, их посетил Лльюэллин, профессионально храня нейтральное выражение лица.

Поскольку оба кресла были заняты, молодой мужчина сперва, оценивающе по-хозяйски окинул взглядом обстановку, а затем присел на край письменного стала и скрестил на груди руки.

– Поступили указания от Властвующей? – Тиббот первым нарушил молчание и было видно, что он по-настоящему занервничал, хотя изо всех сил старался выглядеть спокойным. Увы, до исключительного мастерства брата в этом вопросе, ему было ещё далеко.

В незначительном повороте головы Лльюэллина, словно ему показалось, что кто-то окликнул его, сквозила ледяная отчуждённость, отделяющая его от других людей.