Улица Лунных кошек

Случайного не бывает, и даже обстоятельства не складываются в лучшую или худшую сторону – они выстреливаются так, как им нужно, а ты либо принимаешь правила игры, либо game over. Смотри, вот это ты, – и она показала на первый фонарик в гирлянде. – Это ты. Ты просто играешь в жизнь и не понимаешь свою роль. Пока.

Егор взял в руки гирлянду и заглянул в свой фонарик. Там бежали картинки из его детства: игрушки в комнате, паровозик в парке аттракционов, воздушные шарики… Заглянув в другой фонарик он увидел, как женщина бросает чашку на пол и закрывает лицо руками.

– А теперь посмотри на фиолетовый, который разбился. Что-то видишь?

– Там девочка и, вроде бы, кот. Она плачет. Теперь она бежит, заходит в дверь и падает.

– Что еще?

– Вижу мужчину и женщину, они ищут девочку. Но никак не найдут… – Егор затих и немного погодя добавил, – девочка этого не хочет.

Свет в комнате моргнул и потух, по стенам пошла дрожь, барофон зашипел:

– Х-р-шарах.

– Опять скачок. Поторопимся. Сыпь молнию и брабар в радугу! – хвост Гудары дергался то в одну, то в другую сторону, она нервничала. – Держи специи, – напористо протянула два пакетика и желтовато-серую ложку для помешивания радуги.

– Да сыплю я уже, сыплю, – руки Егора дрожали, порошки всыпались неравномерно, он мешал радугу не переставая. – Что дальше?

– Макай в кастрюльку кисть! – Гудара протянула длинную кисточку из мягкого беличьего меха и сыпанула в радугу что-то такое, что та задымилась холодом.

Гудара поставила перед Егором покореженный металлический поднос, на него поставила ушастую кастрюльку. Егор положил на стол опустевшие пакетики, ложку. Под ложкой растеклась радужная лужица.

– У тебя две попытки окунуть кисть.

– А потом что?

– Потом она рассыплется на мелкие кусочки. Смотри на фонарик и представь какой он был раньше, – Гудара не переставая дергала кончиком хвоста, будто пытаясь таким образом помочь.

– Я не знаю, какой он был, – Егор в растерянности смотрел на фонарик, хотелось бросить и кисть, и фонарик, бежать подальше из этой нереальной комнаты.

– Значит, придумай, – напирала кошка. – Представь, макни кисть в кастрюльку и проведи по фонарику, словно он целый, а ты его кисточкой красишь. Две попытки!

– Понял, – сердце Егора колотилось, ладошки вспотели. Он не понимал, чем его действия помогут фонарику или девочке.