Ключ для пешки

Никто с ним не разговаривал, за спиной шептались… Единственным, что он сегодня услышал в свой адрес, было приветствие Бочкова:

– О, Литвинов! Уже отсидел? Это в ментовке тебе так морду разукрасили или богатенький папочка постарался?

Федя молча прошел мимо, со злостью толкнув Бочкова плечом, за что незамедлительно получил строжайший выговор от препода.

К концу дня юноша чувствовал себя как прокаженный. Настроение было хуже некуда.

– Федька, не грузись, – Ян пытался разрядить обстановку, но это даже ему не удавалось, – перестань.

– Ян, – Федя оглянулся, убедившись, что их никто не слышит, – мне кажется, я знаю, кто мне это подбросил.

– Ты сильно удивишься, но я тоже знаю. Бочков.

– Ты тоже так думаешь?

– Я просто видел его лицо, когда тебя тогда менты увели.

– Доказать бы…

– А что, ведь в жизни все возможно! Короче, надо подумать.

И на долгие дни это стало главной темой их разговоров.

Утром семнадцатого мая Федя сел на постели и улыбнулся.

– Федя! С днем рождения, солнце! – Наташа расцеловала сына, вручив ему красиво упакованный подарок.

– Спасибо, мам, – Федя распаковал коробку. Там лежали новые ролики, старые как раз стали ему малы. – Так классно! Спасибо большое.

Олег поздравил крайне сухо, но подарок был супер: дорогая профессиональная зеркальная фотокамера. Федя восхищенно присвистнул:

– Спасибо…

Все же возникло неприятное чувство, что Олег от него откупается после последнего инцидента. Но камера все равно классная.

В школу, естественно, идти не хотелось, но пришлось. Настроение испортилось. С Федей до сих пор никто не разговаривал, никто, кроме Яна, не поздравил. Юноша пытался не обращать на это внимания, но все равно было обидно.

После школы Литвинов с Шабуровым отправились в кино. Потом бесцельно пошатались по городу, посидели в кафе и пошли к Феде домой. Сели за новую видеоигру, которую подарил Ян, увлеклись и, совсем забыв о времени, сражались до позднего вечера. Наташа заглянула в комнату, мягко намекнула, что пора бы уже закончить. Предложила Яну остаться на праздничный ужин, но тому перспектива ужинать с Олегом совсем не улыбалась, и он поспешно ретировался. Федя не возражал.