Идиотка

Едва повернулся ключ в замочной скважине, как на пороге выросла фигура жены Степана Фёдоровича.

– Корм купил? – сердито спросила она.

Кошка с деревенским именем Маруся встречала хозяина совершенно по-другому – дружелюбно оплетая ноги Степана Фёдоровича, она ласково мурлыкала.

– Томочка, – он приложил руку к груди, но запнувшись, чуть не растянулся во весь рост на полу.

– Идиотка! – Выругнулся он.

– Я? – Оскорблённая Томочка растерянно моргнула.

– Да кошка, зараза, чуть с ног не сбила! – Степан Фёдорович закрыл входную дверь.

– Галка спит? – Переводя разговор на другую тему, поинтересовался он у жены и, получив утвердительный ответ, облегчённо вздохнул: “ хоть в этом передышка”.

Вот уже неделю, как незаметно подросшая дочка теребила его насчёт итальянских сапог.

Дико хотелось спать. Даже любимые пельмени не радовали глаз. Степан Фёдорович уже не помнил, как оказался в мягкой уютной постели и вскоре забылся сладким, долгожданным сном.

Разбудил его тревожный шёпот жены. В темноте, над самым ухом её срывающийся от волнения голос сообщил, что в дом лезут воры.

– Приснится же такое! – Пробормотал в подушку Степан Фёдорович и перевернулся на другой бок.

– Вставай сейчас же! – Истерично взвизгнула Томочка. – Иначе я не знаю, что с тобой сделаю, идиот!

– Это она мне в отместку! Надо же, не поверила, что я про кошку так сказал.

– Степан Фёдорович прислушался: тишина.

Вдруг он уловил еле слышимое шебуршание со стороны входной двери.

Спать расхотелось. В горле пересохло и всё тело стало ватным.

– Ну, – донёсся до него требовательный голос жены, – долго сидеть будешь?

Степан Фёдорович послушно встал с кровати. Ноги не слушались.

– Ты топор возьми, в шкафу! – Посоветовала Томочка.

В дверь всё также настойчиво скреблись. Степану Фёдоровичу показалось, что воры никак не могут подобрать отмычку.

– Неопытные, наверное, – Промелькнуло в голове у хозяина квартиры. – Это хорошо, много не возьмут.

Тут его осенило: “ если неопытные, значит молодые; а раз молодые, то и убить могут.

Стало тошно.

Степан Фёдорович подкрался на цыпочках к двери и в самую щёлку замочной скважины тихо прошептал: “ эй, кто меня слышит? Может, уйдёте?»

Тишина.

– У нас денег нет. И обстановка так себе, – он со вздохом оглянулся на висевшую в коридоре предательски-дорогую хрустальную люстру.

– Пальтишко вон старенькое, болоньевое. – Продолжал Степан Фёдорович, почти с ненавистью рассматривая норковую шубу жены.