Последняя

Он зло закрыл глаза. Его помогать никто не просил.

Аккуратно донес меня до высоких кустов.

– Раздевайся, я найду тебе одежду, – кивнула. Держась за дерево, сняла с себя сарафан, оставшись в рубахе.

Пришел мужчина.

– Дай мазь, – сказал он, я передала. Он поднял мою рубашку и смазал спину неприятной холодной мазью. Потом протянул мне штаны. – Это лучше, чем сарафан, – пока я переодевалась, он ушел, и провожать меня до костра пришел уже другой мужчина.

Сидеть было по-прежнему трудно, но боль понемногу уходила, я лежала на боку, подперев рукой голову, и смотрела, как аппетитно жарится мясо.

– Сона, – позвали меня, я подняла голову, рядом стоял Радан. – Извини.

– Ну за что? Я же сказала, лошадь – это не мое, – он сочувственно улыбнулся.

– Ты голодна?

– Как волк, – машинально сказала я и застыла, а вдруг это для них оскорбление? Я посмотрела на парня, тот меня не слышал, смотря на костер.

– Пойду, принесу тебе мяса и хлеба, – он пошел к костру и затерялся среди других мужчин.

– Сона? – раздалось рядом, я повернула голову. Возле меня стоял высокий и большой мужчина, больше похожий на медведя.

– Ага.

– Я тебе поесть принес, – усевшись рядом, сказал он. Я поискала глазами Радана, может, он попросил его принести?

– Спасибо, поможешь мне сесть? – мужчина распахнул глаза, будто удивившись.

– Нескоро, – отозвался оборотень. – Меня зовут Велимир, – представился он и протянул большую деревянную тарелку, полную мяса, печеной картошки и хлеба.

– Вкуснятина, – прошептала. Вилку Велимир мне не дал. Да и сам стал есть руками. Ладно, тетке я все равно не скажу, поэтому, взяв хрустящий кусок мяса, сильно его укусила. М-м-м. Тетка так точно готовить не умеет.

Вместе с мужчиной мы смотрели, как остальные оборотни разбирали готовую тушку какого-то животного и расходились по своим местам. Выделились несколько оборотней, в том числе Радан и Эрридан, неся по две тарелки в руках. Посмотрев в нашу сторону, каждый так и остался стоять. Кто-то крикнул:

– Велимир, вот прохвост, – многие рассмеялись, уже во всю потешаясь над мужчинами, которые решили, как и Велимир, принести мне поесть.