Операция бюрократия

Так продолжалось до тех пор, пока количество жалоб и настойчивость потерпевших не приблизились к критическому уровню. К уровню, за которым в любую минуту мог последовать провал, громкое судебное разбирательство и показательная расправа.

Чтобы этого всего не случилось, он их предупредил. Начальник делал это не для сотрудников фонда или депутата, а прежде всего для себя, чтобы не пострадать самому. Они оказались понятливыми и быстро съехали. Нет, фонд не закрылся, он просто сменил место деятельности. Это было несложно, нужно было только переехать в другой город.

Например, самый знакомый маршрут, для нас какой? Конечно Москва – Санкт – Петербург. Классика…!

Теперь мошенники будут продолжать писать историю великого обмана в северной столице, потом командируются на Урал, в Сибирь или на Дальний Восток. Когда все уляжется и забудется, можно вернуться домой – в Москву. Итак, будет до тех пор, пока не арестуют, если, конечно захотят…, если это кому-нибудь нужно. А если поймают, то всегда можно попробовать договориться, решить проблему криминальным путем, в конце концов, откупиться и продолжить свою прибыльную деятельность.

Продолжить ее, можно потому что в России имеется бесконечное количество рабочих, пенсионеров и ветеранов, просто сердобольных и доверчивых граждан и тысячи других простаков, которых можно запросто кинуть[7 - Кинуть – обмануть (жарг.)]. Их у нас много, очень много, они никогда не закончатся, сколько бы их не обманывали.

Они сами принесут свои кровные, что-нибудь продадут, заложат или где-то займут, нужно их только немного подтолкнуть.

И тогда они это сделают, только по одной простой причине, потому что они – дураки. Они плохо читали в детстве сказку про Буратино, его золотые монеты и поле чудес. Действительно, поле, действительно, чудес. Но оно не для всех, а только для избранных, для тех, кто придумал этот гениальный фонд.

В общем, раскручивать эту схему можно сколько угодно долго. Главное – знать меру, главное не переборщить и не заиграться.

* * *

Хромов понял все правильно. Начальник умел объяснять доходчиво, хотя в данном случае доводы были не нужны, достаточно было просто намекнуть. Пенсионерку попросили подождать возле кабинета следователя, и начальник, глядя прямо в глаза, произнес замысловатую, но очень понятную речь. Такие намеки невозможно было трактовать по-другому, потому что они давно были в одной команде, подчиненный и начальник. Они друг друга очень не любили, просто терпели.