Сорняк в цветочной лавке

Господи, только не это!

Я прихватила с собой зачарованный клематис только для того, чтобы хоть что-то сделать в первый визит к мисс Элинор, потому что весьма смутно представляла, с чем мне придется столкнуться. Я думала сразу отмести версию об искусственно вызванных причинах болезни мисс Элинор и дальше уже спокойно разбираться с ее болезнью.

Но!

Клематис почернел!

Все оказалось совсем не так, как я предполагала.

Все оказалось гораздо хуже. Или лучше, это уж с какой стороны посмотреть.

Аккуратно, носовым платком, я подцепила черный комочек, еще совсем недавно бывший живым цветком, завязала платок узелком и засунула в карман.

– Пойдемте, миссис Ривс, – коснулась я рукава экономки.

– Вы не будете осматривать мисс Элинор? – расстроенно воскликнула она.

– Пока я увидела достаточно. Мне нужно подумать.

Мы в молчании вышли из комнаты Элинор. Миссис Ривс вполголоса дала какие-то указания поджидавшей нас Маргарет, и мы вышли в коридор.

Спустившись на второй этаж, я распрощалась с миссис Ривс и поспешила скрыться в своей комнате. Хотелось побыть одной и все как следует обдумать. Я не готова была сейчас встречаться с мистером Фитсденом, которому, конечно, не терпится узнать, смогу ли я вылечить мисс Элинор.

Ах, если бы дело было только в этом! Но увы, в и так непростую болезнь мисс Элинор вмешался человеческий фактор и теперь мне нужно быть предельно осторожной. Своим открытием я пока не была готова делиться ни с кем, ибо не знала, кому можно было доверять, кто точно не причастен к плачевному состоянию девушки. Но кому-то рассказать придется, нельзя скрывать ТАКОЕ, тем самым покрывая преступника.

Я взволнованно забегала из угла в угол.

Кому довериться?

Мистеру Фитсдену?

Он – жених мисс Элинор, он сам попросил меня помочь своей невесте, когда от нее отказались лекари. Значит ли это, что не он – виновник ее болезни? Рассуждая логически, да. Но что я знаю о его мотивах и скрытых причинах, которыми он мог руководствоваться? Быть может, он только создает видимость заботы о мисс Элинор, чтобы, в случае чего, отвести от себя подозрения.