Невеста-подкидыш

Даже у меня спина покрылась мурашками. И нервы Саймона дрогнули. Он дрожащей рукой протянул свою черную папку, в которой лежали мои документы.

– Где здесь ее документы? – Пошарив в папке, спросил лорд, в котором сейчас было невозможно узнать простого плотника с переулка Коробейников.

Саймон поспешно выдернул из папки нужный пакет.

– Вот здесь всё, что есть на нее, ваша светлость, – дрогнувшим голосом произнес секретарь.

– Отлично.

– Нет, не отлифно! Я имею право задерфать девифу Стрин на три дня для выяфнения.

– Да что ж вы не угомонитесь, – устало, но скорее театрально, развел руками Тренневи. – Хорошо. Итак, леди Стрин, у вас есть законное право сейчас сделать выбор… Законное право, лорд Аберт! Или вы, леди, отправляетесь в Цитадель магии, для выяснения обстоятельств вашего прошлого, под юрисдикцию попечительского совета, или… Или вы даете согласие на участие в отборе невест, в качестве предполагаемой претендентки. Итак?

– Ха-ха-ха! У нее кифка тонка, а вы идиот, лорд Тренневи.

– Точно? Тонка? А если проверим? Через месяц узнаем – пройдет она регистрацию, или нет. Ну-у, даже если и не пройдет, так всё законно, девушка знатного происхождения с даром. Заодно и определим магический уровень. Не обязательно ведь это делать в Цитадели, – ехидно, с поддевкой сказал бывший плотник, нависнув над Абертом, и голос его разливался таким ядом, что отравиться можно. – Так как, леди Роберта? Отвечайте.

Я моргнула, потупила глаза.

– Ошибка, Тренневи, она не дфорянка, она – подкидыф! Фиаско, лорд-идиот.

– Права усыновление, вердикт короля Фролия Первого, одобренный королевским советом. Добровольно усыновленный, в отсутствии законных детей, имеет все права принадлежности к роду усыновителя… Так кто из нас идиот? Леди Роберта единственный ребенок у виконта Стрина, а значит – законный представитель рода.

Аберт побледнел, тяжело задышал и точно выплюнул.

– Дреф тебя побери, этот вердикт не работает, фикфия!

– И что? Докажите, что фикция.

– Согласна на отбор, – коротко ответила я, и в груди разлилась странная, тяжелая тревога.

Меня впервые в жизни посадили в седло. Карета с лордом Абертом и Сивером завиляла по дороге, убегая дальше и дальше, а я глядела ей в след, до конца не веря, что ускользнула от непоправимого несчастья, что могло со мной случиться.