Никакой магии, или Во всём виноват камень

Он пытался убедить их, что работает исключительно с мужчинами и, в основном, по обретению ими утраченной сексуальной функции, но женщины упорно не отставали и лишь тянули к нему руки, усыпанные бриллиантами:

– Любые деньги, только не отказывайте в помощи, маэстро!

А она из них, дама лет шестидесяти, бросив на кафельный пол туалета свою роскошную норковую шубу, грохнулась на нее коленками и воздев к Василию руки, взмолилась:

– Маэстро, не губите! От Вас отныне зависит моя участь, моя жизнь!

Она как-то, по театральному, заломила руки, но то, что предварительно не забыла бросить себе под коленки шубу, указывало на ее вменяемость и трезвый ум.

– Хотите посмотреть фотографию моей жены? – спросил он страждущих просительниц и не дожидаясь ответа, достал из внутреннего кармана фото, где они с Марусей в молодости, и их последнюю совместную фотографию, на которой по-прежнему молод, а жена, увы, постарела.

– Как вы думаете, неужели бы я не помог своей жене помолодеть, если бы это было в моих силах?! Она прекрасный человек, мать моей взрослой дочери и мы в браке уже 25 лет!

Этот аргумент сработал. Женщины замолчали и послушно направились к выходу из мужского туалета. Качок закрыл за ними дверь и как-то особенно пристально посмотрел на Василия:

Слышь, ты и вправду можешь мужскую силу вернуть? Он двинулся на Василия, подобно горе, что «сама пошла к Магомеду». Против этого у Чукотина не было ни аргументов, ни сил.

– Понимаешь, перекачался я, с анаболиками и стероидами переусердствовал. На, попробуй! – он протянул Василию огромную ручищу с кулаком, размером с Чукотинскую голову – Крепкая?

– Крепкая, – обреченно выдохнул Василий, – так чего тебе надо, силища у тебя, как у трактора.

– Не догадываешься? А еще Маг… Везде все крепкое, только в одном месте мягкое. – Качок, покраснев, опустил голову – Дружбан, помоги! Зубила вовек не забудет! У кого хочешь спроси из братвы! Только имя мое назови – пальцем никто не тронет! Наташка у меня! Одними деньгами долго не продержусь.

Он сказал это в таком порыве отчаяния, что Василию даже показалось, что Качок вот-вот расплачется перед ним.

– Ладно! Верну! – Чукотин сказал так уверенно, что и сам поверил, что сможет помочь парню.

Василий выглянул из туалета, в коридоре – никого.