Лабиринт. Феникс

Вогнав инструмент в грунт, в обе руки взял ТТ. Удобно, когда пистолеты идентичны, вес и форма стволов одинакова, а значит, и работать легче. Змеей проскользил в сторону едва пойманного на слух звука. Буквально в десяти шагах от места своего боевого контакта углядел сразу двоих немцев, с комфортом устроившихся под боком у командира. Пулеметчик со своим напарником, вооруженным винтовкой. Долго поразмышлять не дали разведчики, не смогли, значит, тихо сработать, нашумели. Что ж теперь? Встал на одно колено и с двух рук расстрелял забеспокоившихся вдруг немцев, решивших сменить положение для боя.

Немецких «охотников» добивали с помпой, не слишком озаботившись дальнейшим сохранением маскировки. Если кто и ушел… Не гоняться же за ним по болотам и буеракам? Значит, фортуна улыбнулась засранцу.

Довольный Серега раздавал «люлей», чтоб подчиненные не слишком ржавели на лаврах победы.

– Потери есть? – спросил у десантника Михаил.

– Ты знаешь, хоть и толклись, как слоны в посудной лавке, но Бог миловал.

– Когда пулемет услышал, думал, вас там покрошат.

– Это Яшка Мулерман немца подрезал, ну и воспользовался его инструментом, когда гансы попытались сопротивление оказать. – Отвлекся, как показалось, на одного из праздно шатающихся героев. – Сидоркин, чего уши греешь? Пробегись, может, трофеи где прощелкали. И не нужно мне тут кривиться, словно девушка в первый раз перед минетом! Я с тобой потом потолкую.

– Чего на парня наехал?

– Мудак потому что! У него на поясе нож, а он немца душить полез.

– Может, так сподручней?

– Ага, немец под центнер весом, еще тот боров, а Сидоркина ты сам только что лицезрел. Глиста недокормленная.

– Замри!

А ведь действительно стрельбы в стороне, откуда была не так давно слышна, нет. А вот своему слуху он верит.

– Всем, сбор! Рассредоточиться по фронту. Готовиться встречать нового противника.

Расслабленность улетучилась быстро, и уже отряд, заняв позиции, на которых не так давно «квартировали» немцы, готов был к бою.

Внезапно под боком зашумела забытая всеми рация. Каретников чертыхнулся, напялил наушники, буркнул в микрофон что-то нечленораздельное, услыхав в шуме помех.