Уходящий тропою возврата

Пока боги хранят наш род.

Три пригожие девицы в вышитых рубахах и кофтах, в поневах ниже колен, в возрасте невест, споро управлялись, угождая снедающим воям, бросая усмешки молодым парням. Здесь же сновала детвора, разглядывая экипировку и оружие, пользуясь моментом, что их не гонят и не обращают на них внимания.

– Девок-то своих, небось, в другие деревни замуж отдаете? Берут? Смотрю, красавицы они у тебя.

– Та, без мужей не остаются.

– Издалека сватают, или поблизости есть кому пристроить? А то смотри, сколько у меня женихов за твоим столом собралось.

Кучма окинул взглядом притихших юнцов, в глазах читалось: «И чего пристал? Поели? Пора и уезжать».

– Да не так уж и далеко отдаем, кругом люди хорошие живут. На полночь пойдешь – селища Кормильцево, Рыжухино, а дальше смоляне селятся. На заход солнца – Якино, Колпино, Магуры. Ну, с полдня вы пришли, сами видели, сколь деревень. Теперь везде почитай родня. Волох наш, Простивой, счет добре ведет, не даст крови близких смешаться.

– Ага! А чего ж про восходную сторону умолчал? Или деревень там нет?

– Да были когда-то. Теперь нет. Осталась одна, у самого болота стоит.

– А с остальными что случилось?

– Не ведаю. Может, мор прошел, а еще говорят, что колдун извел. Он на болотах живет. Мы в ту сторону не ходим.

– Что, даже к соседям, которые у болота живут?

Кучма напрягся, не зная, как повести себя. Сказать или не сказать? Решился:

– Недобрые они. Не пашут, не сеют, скотина и та есть ли, не ведаем.

Но нас не трогают, и мы к ним не лезем.

– Чем же промышляют?

– Трудно сказать, они даже в капище не бывают. Волох к ним ходил, так даже в деревню не пустили. А еще три года назад ведь соседились… – сказал и смолк.

– Ну что ж, спасибо за то, что накормили. Как говорится, пора и честь знать. Прощай, хозяин, пусть всегда будет в селище твоем милость богов.

Осталось позади селение с возделанными полями и баштанами, с людьми, по-доброму принявшими их у себя.

Дорога ныряла в лес, по правому боку ветерок донес резкий запах болота, к которому примешивался сладковатый, неприятный запашок тлена. Ехавший впереди всех Жвар поднял руку, жестом отпальцевав остановку всему отряду. Соскочил на землю, отошел в сторону болотного духа, присел на колено, приглядываясь к следам, ведущим через кустарник в чащобу.

– Здесь телеги делали остановку, люди что-то волочили в лес.