Стражи незримых границ

Вот хорошие и охраняют, контролируют уже закрытые червоточины и те, что готовы проявиться. При необходимости – ликвидируют последствия.

– То есть, проще говоря, убивают вылезших тварей, – кивнула понимающе в ответ.

– Ну, как-то так.

– А хорошие – это вы, – ещё раз кивнула.

– Ну, как-то так. Мы – Альянс хранителей, – повторился Роман.

Разговор начинал меня веселить, всё больше напоминая сценарий дешёвой интерпретации на тему «Город костей». Смешок при этом вышел какой-то рваный, нервный.

– И кроме отлова нежити следите, чтобы плохие местные жители – вампиры и оборотни не погрызли слишком много людей.

– Лада, не просто «не погрызли слишком много людей», а именно каких людей. Существует соглашение между людьми и иными расами, заключённое столетия назад. Да-да, столетия, и до сих пор непреклонно соблюдающееся. Если с оборотнями проще, им отказаться от человечины могут помешать только идейные соображения, то с вампирами сложнее, кровь – необходимая составляющая их меню, от этого никуда не деться.

– Ну, да, ордер на убийство, – тихо резюмировала я.

– Можно и так сказать. У нас в организации действует целая служба с твоим даром, даром пророчества или предвидения – видящие. Эти люди умеют управлять своими способностями и направлять в нужном русле. Город и прилегающие районы разбиты на квадраты, которые закреплены за группами.

– Что, всех-всех? – скептически прищурилась в ответ.

– Увы, нет. На это у нас не хватает ресурсов. Так что отслеживаем только мощные сигналы, то есть особо тяжкие, или те, что будут иметь сильный резонанс в будущем.

– Ага, типа, обидели мальчика, он пошёл в секцию карате, решил отомстить и ненароком кого-то потом прибил сильнее, чем следовало. А если бы его тогда не тронули, то мир получил великого учёного, создавшего машину времени.

– Ну, что-то типа того.

– И потом вы решаете, кому жить, кому умереть, – скривилась я в ответ.

– Да, цинично, но именно эта стратегия позволяет сохранять равновесие многие века. Помимо этого, в соглашении с вампирами прописан пункт добровольности, т.е. если человек сознательно хочет заразиться, то это сугубо его личное дело. Тут-то и вылезают «условно хорошие», которые заманивают таких «добровольцев».