Судьбы фантазия шальная

Глеб все так же молчал, он отчетливо помнил это лицо. Именно эта девушка улыбалась с монитора домашнего компьютера друга, только вот длинна волос изменилась. Она оказалась симпатичнее, чем на фотографии, но не более того и то, что она брюнетка было тоже не в ее пользу. Конечно, с Жанной не сравнить: модельная внешность, постоянные косметические и спа-салоны, тренажерные залы. Жанна, без сомнений, эталон современной женской красоты. Глеб не сводил своего пристального тяжелого взгляда с девушки. Она же в свою очередь не смотрела ни на кого, ее глаза так и оставались скромно скрытыми пушистыми ресницами.

– Ну и как же зовут не твою девушку? – казалось, от любопытства Жанна не может усидеть на одном месте за столом. Она, то вглядывалась в девушку, то пыталась что-то разглядеть в напряженном взгляде Глеба, а загадочная улыбка Антона совершенно сбивала ее с толку. Казалось, что она единственная не понимает, что за представление разыгрывалось пред ее глазами.

– Ирина, – просто ответил Антон, наполняя вновь бокал Жанны.

У остальных вино осталось нетронутым.

– И откуда…

– Жанна, сначала тост, а потом все вопросы, – перебил ее Антон, – обещаю, мы на все ответим.

Он поднял бокал, все последовали его примеру, кроме Ирины, она подняла стакан с соком.

– Хочу поднять этот бокал, – Антон начал свой тост, глядя прямо в глаза Глеба, – за жизнь. Вернее за стремление жить, бороться за нее до конца и не опускать рук, как бы тяжело не было и, насколько бы невыносимыми и мучительными были испытания, посылаемые нам судьбой, – Антон сверлил глазами друга.

Глеб не отвел глаз, не один мускул на его лице не дрогнул, от яростного взгляда, – за жизнь надо цепляться, когда сил уже нет и, кажется, что весь мир перестал в тебя верить. Отчаиваться, значит умереть еще задолго, до рокового дня. Жить надо всем на зло, - Антон сделал упор на последних словах, явно адресуя их своему другу.

– За тебя, Ирина, – сказал Антон, уже обращаясь к ней с ласковой улыбкой, – за твое стремление и силу, именно так должен ценить свою жизнь каждый, – и выпил свое вино до дна.

– За тебя, Ирина, ты молодец! А почему сок? – поддержала Жанна.

Глеб, стиснув зубы, мрачно смотрел на Ирину. Почувствовав его тяжелый взгляд, она подняла на него свои большие карие глаза, полные робости, благодарности и тепла. И для него наступил ад на земле. Он помнил, как впервые увидев, он, практически, заживо горел в этом выразительном взгляде полном боли и отчаяния.