Трын-трава за бешеные бабки

– Покажи хоть, для кого все это покупать-то? Что за ребенок у тебя здесь? Откуда он взялся? – Ирина явно не собиралась двигаться с места, пока не удовлетворит свое жгучее любопытство.

– Потом, все потом, Иришенька, если сейчас Тимка проснется, то устроит нам небо в алмазах. Орет, как пожарная сирена, ко мне аж соседка с нижнего этажа прибежала, услыхала, представляешь!

– Это Галина Ивановна, что ли? Ходячее информбюро? – хмыкнула Ирина.

– Она самая, – вздохнула Катя, – а в письме написано, чтобы я мальчика никому не показывала.

– В каком еще письме?!

– Ир, поезжай, ради бога, в магазин! Чем быстрее съездишь, тем быстрее все узнаешь. Памперсы бери от пяти килограммов до семи, а питание – от трех месяцев и далее, – выпихнув подругу на площадку, сказала Катя и захлопнула перед Иркиным носом дверь, чтобы та опять не стала задавать несвоевременных вопросов.

Затем Катя прошла на кухню и занялась приготовлением кофе.

«Что мне делать? – размышляла девушка.

 – Куда девать на целых два дня этого ребенка? Вот не было печали», – вздохнула Катя и сняла с плиты джезву, в которой уже стремительно начала подниматься пенка. Она убавила огонь и снова поставила джезву, чтобы кофе вскипел еще раз. В это время раздался телефонный звонок, и Катя побежала в комнату.

– Алло, это Катя? – услышала девушка взволнованный голос.

– Да, это я. А вы кто?

– Я пока не могу назвать свое имя, все потом, Катенька! Это я оставила у тебя ребенка, – торопливо продолжала говорить женщина на другом конце провода.

– Эй, эй, мамаша! Ты что же это натворила? Что я должна делать с вашим ребенком? Я даже не знаю, с какого конца за него браться! Немедленно приезжайте и забирайте сына, – почти прокричала в трубку Екатерина.

– Я не могу, Катя, поверь мне на слово! Он побудет у тебя недолго, всего два дня, а потом я его заберу. Я позвонила, чтобы сказать, что ты не должна никому показывать Тима, это очень важно и серьезно! Потом я тебе все расскажу.

Умоляю, не ходи в милицию, этим ты только навредишь не только мальчику, но и себе!

– Мамаша, мамаша, успокойтесь и объясните мне все по порядку. Почему я должна прятать вашего мальчика? Кто вы такая? Нет, вы не мать, а мачеха какая-то! Разве родная мать так поступит со своим ребенком? – набирала обороты Екатерина. И чем больше она говорила, тем больше распалялась.

– Я не его мать, я просто няня, – тихо проговорила женщина.