Седьмая вода на коньяке

И потом, ты пока еще никакой не психолог, ты учишься на психолога, и второй диплом получишь только через год, – не уступала подруге Наташа.

– Это не имеет значения, диплом – всего лишь приложение к таланту. Я до сих пор жалею, что столько лет угробила на экономику, все равно по специальности никогда работать не буду. Мое истинное предназначение – помогать людям разобраться со своими проблемами, – стояла на своем Мария. – И это у меня получается очень даже хорошо.

– Со своей проблемой сначала разберись, счетовод ты наш, – смеялась над подругой Наташа.

– Да отстань ты от меня ради бога, Наташка. Я совершенно не считаю это своей проблемой, скорее, это хобби, – фыркала на подругу Мария. – Кто-то собирает марки со спичечными коробками, а я деньги считаю, меня это успокаивает. Не нахожу в этом ничего криминального. Вот если бы я еще их и копить умела, было бы совсем хорошо, – смеялась она.

Как только Наташа дала «добро» на подсчет внушительной пачки долларов, Маша бросилась к столу, как путник, только что вышедший из пустыни, кидается к воде.

Она схватила пачку и, положив ее на стол, начала вдохновенно укладывать купюры в ровную стопочку. Наташа усмехнулась и закатила глаза под лоб, глядя на подругу. Та с завидным энтузиазмом предалась подсчету зеленых банкнот и моментально забыла обо всем остальном.

– Сорок тысяч, – с восхищением выдала она итог, как только последняя купюра побывала в ее руках. – Вот это, я понимаю, гонорар! В киллеры, что ли, податься?

Наташа посмотрела на подругу насмешливым взглядом и снова закатила глаза под лоб.

– Какая же ты балаболка, – вздохнула она. – Не язык у тебя, а помело.

– У тебя не лучше, – парировала Маша. – Давай теперь говори все, что хотела, у меня прекрасное настроение, и я тебя внимательно слушаю.

– А что говорить-то? Нужно что-то делать. Нужно как-то предупредить этого Андрея Савинского, рассказать ему, что на него готовится покушение, – высказала свое мнение Наташа и нервно зашагала по комнате. – Я считаю, что мы не имеем права молчать, это будет нечестно.

Слушай, Машка, – вдруг резко остановилась она. – Что я, дура, голову ломаю? Пойдем сейчас в милицию и все там расскажем. Отдадим этот телефон, который мне дали для связи, и они быстренько эту банду вычислят.

– Деньги тоже отдашь? – осторожно спросила Мария.

– А как же? Конечно, отдам, это же улика.

– Только через мой труп, – решительно сказала Маша и встала у стола, загораживая своим телом внушительную стопку дензнаков.