Седьмая вода на коньяке

Она подбежала к девочкам и, возбужденно жестикулируя, рассказала, что Витька Колесников переключился на одну смазливую мордашку из соседнего дома. Девчонки, недолго думая, подкараулили малолетнего ловеласа у него во дворе и втроем отделали по первое число. Маша с Верой потом очень часто вспоминали об этом и громко хохотали.

Девушки крепко подружились и никогда не предавали друг друга.

– Что с тобой, Наташ? – с удивлением наблюдая за подругой, спросила Маша, стоя в ее прихожей. – И куда пропало твое лицо с его привычного места? – добавила она, взметнув брови.

– Скоро проявится, – буркнула Наташа. – Если, конечно, успеет, – хмуро добавила она.

– Ты можешь объяснить все по-человечески, а не шарады мне загадывать? – разозлилась Маша. – Я приехала по твоей просьбе, между прочим!

– Да не кипятись ты, пошли в комнату, я тебе сейчас все расскажу, да и покажу заодно. Ой, Машка, в какую же я страшную историю попала, нарочно не придумаешь! – закатила Наташа глаза под лоб. – Что мне теперь делать – понятия не имею.

Подруги прошли в комнату, и Маша замерла в дверях. Ее взгляд был прикован к пистолету, который лежал на столе рядом с кейсом.

– Значит, ты все-таки не шутила? – очень серьезно подытожила она. – Признаться, я до последнего момента надеялась на это.

– С ума ты, что ли, сошла, Машка? – возмутилась Наташа. – Кто же такими вещами шутит? Мне не пятнадцать лет, чтобы так прикалываться. Те времена давно прошли, когда мы друг другу «сюрпризы» подкидывали.

Маша подошла к столу, взяла в руки пистолет с глушителем и, повертев его в руках, осторожно положила на место.

– Смотри, что здесь еще есть, – сказала подруге Наташа и вытащила из пухлого конверта пачку денег.

– Вот это да! – восхищенно выдохнула Мария. – Сколько здесь?

– Не знаю, не считала, мне сейчас не до этого, – пожала Наташа плечами и вытерла мокрые от невысохших слез щеки. – Но навскидку, думаю, тысяч тридцать-тридцать пять.

– А давай посчитаем, чтобы точно знать, – предложила Маша, и глаза ее возбужденно заблестели. – Никогда такой большой суммы в руках не держала. Вернее, держать-то держала. Только они государственные были или отцовские. А здесь!..

– Слушай, подруга, я всегда предполагала, что ты дура, но не думала, что настолько! Мне сейчас не деньги считать нужно, а думать, как выкрутиться из этого дерьма, по-возможности, живой и здоровой, – вызверилась на подругу Наташа.