Похождения шустрого покойника

А я не могу до сих пор трясучку остановить, вон, посмотри, руки ходуном ходят, – и Лена сунула свои верхние конечности чуть ли не в самый нос подруге.

– Ну, начинается, – шикнула на нее Света. – Сейчас же возьми себя в руки, мне одной с вами двумя не справиться. Нужно будет сейчас в магазин заехать, продуктов купить, у меня на даче шаром покати, кроме картошки, в погребе ничего нет. Нет, вру, пара банок огурцов еще имеется и несколько банок варенья, – перевела Светлана разговор, чтобы прервать обсуждение опасной темы.

– Я из своего холодильника забрала все, что после дня рождения оставалось, но не думаю, что этого надолго хватит. В магазин все равно придется заезжать, – согласилась Елена. – Вот, вроде бы все, что может Верке понадобиться на первое время, я собрала, – показывая на спортивную сумку, добавила она.

– Тащи ее в машину, ключи на столе лежат, а я сейчас Веру приведу, – велела Светлана и присела рядом с Верой на диван. – Верунь, – тихо позвала она. – Мы сейчас с Леной тебя ко мне на дачу повезем.

Девушка посмотрела на подругу красными, опухшими от слез глазами и, к облегчению Светланы, покорно кивнула.

– Вот и хорошо, – обрадовалась Света, – просто замечательно. Тебе там будет спокойно, тебе же всегда там нравилось, – суетилась она вокруг подруги, помогая ей подняться с дивана. – Лена пока с тобой там побудет, а я отдежурю сутки и тоже к вам приеду, – продолжала стрекотать Светлана, ведя Веру к входной двери.

– Свет, не нужно со мной разговаривать, как с душевнобольной, – неожиданно спокойно проговорила Вера и бросила на подругу хмурый взгляд.

Светлана на мгновение застыла столбом и посмотрела на девушку удивленным взглядом.

– Я вовсе не считаю тебя душевнобольной.

– Меня теперь уже ничто не отвлечет, – все таким же бесцветным голосом сказала Вера. – Просто я прекрасно понимаю, что мне необходима перемена обстановки, иначе я сойду с ума. А мне, дорогая моя подружка, нужно теперь беречь себя. Ведь я беременна… – Она покачнулась и крепче ухватилась за руку подруги. – И мой ребенок остался теперь без отца, – с рыданием выдохнула она.