Глоточек свеженького яда

– А может, ей вообще ничего не говорить? – предложила Марина. – Мне ее так жалко, просто до ужаса. Как хорошо, что я ее вчера на дороге подобрала. Представляешь, что с ней могло бы быть? Она мне рассказывала, как ее чуть не изнасиловали, да еще в милиции. Где же, интересно, она пробыла все это время, и даже память потеряла? Она говорила мне про какую-то стрельбу и взрывы, но где это было – совершенно не помнит. Может, это Чечня была? Вон, по ящику то и дело про похищенных людей показывают, чеченцы из этого бизнес сделали.

– Не говори глупости. Как она тогда могла сюда попасть, если в Чечне была? У нее ни документов нет, ни вещей.

– А, ну да, я даже не подумала об этом, – тут же согласилась Марина. – Вот страсти-мордасти, – оказывается, похитили несчастную! Представляю, что ей, бедняжке, пережить пришлось, ужас-то какой, – снова передернула она плечиками. – У нее хоть родственники какие-нибудь остались?

– Да, теперь всеми делами Валерия Горина, ее отца, заправляет его брат и два его сына, они уже взрослые.

– Слушай, тогда, может, сказать дядьке, что племянница его жива? – предложила Марина. – Рассказать про ее болезнь, что она память потеряла. Они же родственники, обязаны позаботиться о несчастной девушке.

– Девочка моя, ты хоть соображаешь, что говоришь? – вскинул брови Вячеслав. – Хотя откуда тебе о таких вещах знать? – махнул он рукой и продолжил: – Там огромные деньги – не думаю, что дядюшка очень обрадуется воскрешению племянницы.

– Почему? – удивленно спросила Марина.

– По кочану, – фыркнул мужчина. – По закону Анжелика является прямой наследницей всех денег после смерти родителей. Представляешь, если сейчас отнять у той семейки этот жирный кусок пирога? К хорошему люди быстро привыкают, а к большим деньгам – еще быстрее. Они же все сделают для того, чтобы избавиться от родственницы.

– Как это – избавиться от родственницы? – возмутилась Марина. – Ведь мы же теперь все знаем! Что же, мы допустим, чтобы Ленку, то есть Анжелику, опять «похоронили» или действительно в психушку отправили? – вытаращила она глаза.

– Мариночка, до чего же ты еще ребенок, – вздохнул Вячеслав.