Характерник. След белого волка

Хильченков сунул в руку проводника десятку долларов.

–Понял, не дурак. Спасибо, Артемич, а ведь действительно, что-то на природу полюбоваться захотелось.

–Во-во, и я о том же!

Населенный пункт, позиционирующий себя как поселок, действительно производил впечатление зажиточного украинского села. Коттеджи под ломанными крышами за высокими заборами, перед ними асфальт, выделявшийся на фоне стройных рядов вековых сосен и елей. Благодать, будто никаких майданов и в помине нет, а бандерлоги живут себе на западе и в центр носа не кажут.

В центре поселка, вместе с отъезжавшими в Киев местными жителями, расположился в удобном кресле микроавтобуса «Фольксваген». Огляделся, прокачивая попутчиков, определил кто чем дышит. Селяне, и этим все сказано. По утренней поре каждый из них ехал по своим неотложным делам, и на «революцию достоинств» им было начхать.

В последний момент, уже когда водитель, смурной, неразговорчивый дядька, с нездорового цвета, одутловатым лицом, готов был включить передачу и стронуть с места свою кормилицу, в дверь прямо ворвалась молодуха с двумя объемными баулами.

–Ф-фух, чуть не опоздала! – напевно сообщила, оповещая всех в салоне о своем прибытии.

–Галя, – окликнула прибывшую, товарка с третьего ряда сидений, напирая голосом на заглавную букву в имени знакомицы, выговаривая ее скорее буквой «Х».

–А то ты Лида не видишь? В Киев, куда ж еще?

–Чего расстроенная?

Хильченков вынуждено слушал громкий разговор односельчанок.

–Я, расстроенная? Та, не-э! У меня все добре.

Автобус тронулся с места и покатил по поселку. Блондинка обернувшись к собеседнице, пылающим лицом подтвердила свои слова, продолжила общаться, повышая голос на целый тон:

–Понимаешь Лида, пригрела змиюку на груди, а теперь из собственной хаты сбегаю.

–Ой, лышенько! Это ты про кого так?

–Про муженька своего! Про кого ж еще?

–Так, вроде ж он у тебя смирный.

–Ага, был. Пока не связался с майдановцами. Один раз до них сходил, второй, а на третий приходит домой, и то ему не так, и это не этак! Западэнец чертов! Националист выхолощенный! Ты ж знаешь Лида, я ж его драноштаного галичанина, считай с улицы в дом привела, помыла, обогрела, а оно теперь рот раскрывает. Кажэ, мол, ты хоч и москалька, а я с тобой живу.