Дульсинея Тамбовская

– Меня зовут Николос, – тем временем представился тот и пристально посмотрел на Свету черными жгучими глазами. Та сглотнула нервный комок, который почему-то застрял в горле, и еле выговорила:

– Очень приятно, почти как Николай по-русски, а сокращенно – Коля, – стеснительно улыбнулась она. – Я – Светлана.

– Моя мать так меня и называет. Я всегда восхищался русскими женщинами, – глядя на нее, снова лучезарно улыбнулся Николос. – И вновь убедился в том, что самые красивые женщины могут быть только в России, – многозначительно проговорил он, без отрыва глядя на девушку.

– Елена, – сдержанно представилась девушка.

– Пойдемте, я провожу вас к щитку, он в подвальном помещении, – прервал обмен любезностями Эмилио. – А вы, сеньориты, дойдете до комнат без меня? Возьмите по свече, чтобы не споткнуться в темноте, – проговорил он и, вытащив свечи из канделябра, протянул девушкам по одной.

– Пошли, – толкнула ее в спину Алена. – Рот закрой, – шепнула она ей на ухо.

Девушки начали подниматься по лестнице на второй этаж, и Света раз пять оглянулась, чтобы еще и еще раз посмотреть на молодого человека. Правда, видела она теперь только его широкую спину, маячившую в бликах маленьких огоньков, потому что они с Эмилио тоже двинулись в нужном им направлении – в подвал.

– Я в шоке, – наконец выговорила она. – Ленка, кажется, я пропала!

– От электрика, что ли? – усмехнулась та. – Ты же никогда не признавала любви с первого взгляда.

– Я не думала, что она существует.

– А сейчас думаешь? – с иронией спросила Алена.

– Сейчас я, кажется, в этом уверена.

– Не болтай глупости, – фыркнула Лена. – Ты его видела всего пять минут. Откуда ты можешь знать, что он за человек?

– Он не может быть плохим человеком… с такими глазами, – мечтательно произнесла Светлана.

– Ага, и главное, редкое, особенно в Италии, – снова усмехнулась Алена. – Спустись с облаков, подруга, он всего лишь электрик.

– А что, электрик, значит, не человек? – возмутилась Света. – Зато какой красавчик!

– Вот именно красавчик, – подтвердила Лена. – А у таких, сама знаешь, баб – вагон и маленькая тележка.