Эффект прозрачных стен

– А не слишком ли много на Федора? – подал голос Лебедев.

– Я думал, ты меня не слышишь! – усмехнулся Рыбак.

– Слышу, слышу, – потряс головой Лебедев. – И, кстати, думаю заодно. Вы, Иван Станиславович, хорошо говорите, вот только совсем не берете во внимание закон сохранения энергии.

– Это как? – удивился Рыбак.

– Вы что, Ломоносова не читали? «Все перемены, в натуре случающиеся, такого суть состояния, что сколько чего у одного тела отнимется, столько присовокупится к другому, так ежели где убудет несколько материи, то умножится в другом месте».

Последнюю фразу Лебедев прочитал с экрана своего монитора.

– И? – Рыбак ждал пояснений.

– Значит, если у Неонилы отнялся ребенок и присовокупился к Тарасову, значит, где-то к кому-то присовокупилась тарасовская дочка. Нужно только найти место этого совокупления – и задача решена.

Рыбак кивнул.

– Абсолютно согласен. Вопросом, так сказать, совокупления (тут Рыбак хмыкнул) я планирую заняться сам. То есть отыскать Неонилу, узнать, где обитала ее дочь сразу после рождения, и начать поиски оттуда.

Кстати, я тоже рассчитываю на вашу помощь, уважаемый Федор.

– Пренепременно, – с излишней учтивостью поклонился Федор. – Обращайтесь.

Рыбак посмотрел на Асю, предлагая ей высказать свои мысли.

– Я все-таки не могу себе представить, как можно не заметить подмены ребенка, – сказала она.

– А помните детский фильм, когда поменяли Ивана, рыбацкого сына, на Ивана-царевича? Мать не заметила! – сказал Федор. – Хотя нет, они же там его еще раз поменяли, и сумма не изменилась.

– Какая сумма? Это ты о чем? – Рыбака лебедевская болтовня уже начинала основательно раздражать.

– Да это так, к слову пришлось, извините, Иван Станиславович.

– А помните, – вдруг задумчиво произнесла Ася, – был еще мультфильм. Про пап-осьминогов. Они пришли в детский сад…

«Может, хватит про детский сад?» – чуть не сорвалось с языка у Ивана, но он боялся обидеть Асю, поэтому промолчал. Рыбак видел, как Ася старается избежать его взгляда. Да, конечно, он сглупил, приревновав ее к потерявшей хозяина собаке.

Если бы можно было вернуть все назад… Он бы любил пса-найденыша как родного сына. Рыбак не был противником братьев наших меньших, вовсе нет. Когда-то в детстве у него даже жил кот – черный полусибиряк Бася. Подобранный котенком, он вскоре превратился в гладкого, упитанного, довольного жизнью увальня, серьезного и самостоятельного, не ведущегося на всякие женские уси-пуси. Образ жизни вел приходяще-уходящий.