Зыбучие пески судьбы

С одной стороны, он гордился собой, пусть даже предметом гордости была банальная смена колеса, с другой – боялся Асиного настроения. Вдруг за время его отсутствия произошло еще что-нибудь, вдребезги разбившее отношения, которые они с Асей выстраивали день за днем и которые он – вот дуботряс! – наивно считал практически вечными и нерушимыми. И вот на! Из-за какой-то сумасшедшей девицы все пошло вразнос.

Первое, что бросилось в глаза Рыбаку, стоило ему переступить порог, – растерянность в Асиных глазах. Не успел он понять, что такое могло случиться за время его не столь продолжительного отсутствия, как она, к вящей его радости, пробормотала что-то насчет кофе и опрометью бросилась к кофемашине.

«Жизнь удалась!» – обрадовался Рыбак, и даже просьба Лебедева налить и ему чашечку не в состоянии была омрачить эту радость. Однако длилась эта радость недолго. Уж слишком нарочито радужной была Асина улыбка, да и Кристина выглядела немного смущенной. На Тимура можно было не смотреть: с его абсолютно непроницаемым лицом хорошо играть в покер – противник ни за что не догадается, что он блефует.

– Рассказывайте, – положив на Кристинин стол ключи от машины, скомандовал Рыбак.

Несколько секунд коллеги (исключая, разумеется, Молчанова) обменивались многозначительными взглядами, словно жулики, пойманные на горячем. Затем Кристина сказала:

– Мы решили все-таки разобраться с этим делом… С доппельгангерами…

– Решили, значит. – В голосе Ивана явственно звучала горечь. – И проголосовали небось…

Ася замотала головой, а Кристина уверенным тоном заявила:

– Нет.

Я считаю, что голосовать неполным составом некорректно.

– Ну да, само собой, – с сарказмом согласился Иван. – И как же вы претворяли в жизнь это свое решение?

Отвечать на вопрос, заданный подобным тоном, Кристина не собиралась, предоставив сделать это главным зачинщикам. И тогда Ася, сбиваясь и перескакивая с пятого на десятое, начала рассказывать о поездке с Федором в «Плазу» и о плане, предложенном Кристиной.

Рыбак молча кивал, но, когда она упомянула о наследстве, мгновенно принял стойку:

– Наследство, говоришь? Что за наследство?

– Я не знаю. – Ася пожала плечами. – Она не сказала. Правда, Федор?

Лебедев закивал:

– Не сказала… Иван Станиславович, вы, может, печенья хотите?

И он нырнул под стол, делая вид, что ищет чем бы таким особенным угостить Рыбака.

– К черту печенье, – взревел Иван, и Кристина заметила, что Ася вот-вот заплачет.