Зыбучие пески судьбы

Несмотря на последнее обстоятельство, выглядел незнакомец как потенциальный клиент – на одежду явно потрачена круглая сумма денег, у одеколона запах спокойной уверенности.

– Мне нужен Иван Станиславович Рыбак, – не дав себе труда поздороваться, заявил мужчина.

– Это я. – Рыбак тут же бросил «Морской бой», вышел из-за стола и протянул незнакомцу руку.

– Моя фамилия Ермолаев. Глеб Ермолаев, – заявил тот, избегая рукопожатия.

– Иван, – ответил Рыбак, пряча руку за спину. – Слушаю вас, гражданин Ермолаев.

Сказано это было абсолютно спокойно, и лишь Ася, прекрасно знавшая Рыбака, почувствовала нотки угрозы в обращении «гражданин».

– Я – муж Киры, – заявил Ермолаев.

– Очень приятно, – с достоинством отозвался Рыбак. – Присаживайтесь. – И он указал гостю на стоящее рядом с его столом кресло.

Глаза Аси слегка расширились, а Лебедев даже слегка приподнялся в своем кресле, чтобы не пропустить ни мгновения из разворачивающегося на его глазах представления.

– Я муж Киры Ермолаевой.

– Извините, вы не напомните, о ком идет речь?

– Напомнить? Сейчас я тебе напомню! – Ермолаев вытащил из кармана визитку и бросил ее на стол перед Иваном. – Вот! Это что?

– Моя визитка, – подтвердил Рыбак. – И что?

– Она приходила сюда, Кира. Приходила. У нее в ежедневнике записано: «Кайрос». Двадцать шестого мая.

– И что?

– То есть ты не отказываешься, что она здесь была?

– Двадцать шестого мая? Кира Ермолаева? А в чем, собственно, дело?

– А в том, что она мертва!

– Вы подозреваете, что я к этому причастен? – абсолютно серьезно спросил Рыбак.

– Хватит делать из меня дурака! – взревел Ермолаев. – У меня есть возможности доставить вам оч-ч-чень большие неприятности.

При этих словах он со всей силы рубанул рукой по столу, и Кристина сочла нужным вмешаться:

– Извините, пожалуйста. Меня зовут Кристина Светлова, я генеральный директор агентства.

– У меня умерла жена. Вернее, ее убили. А вчера я узнал, что она общалась с этим типом. Вот я и хочу узнать, что за дела такие у них были. Может, это как-то связано с тем, что она, что ее…

Тут у Ермолаева кончился запал. Он рухнул в кресло и болезненно поморщился.

– Вам плохо? – тут же среагировала Кристина. – Может, «Скорую»? Воды?

– Нет, – Ермолаев закусил нижнюю губу.