Чужая лебединая песня

Даже несмотря на предупредительно надетые бахилы и позаимствованные на вешалке в коридоре белые халаты, дальше поста дежурной медсестры они не продвинулись.

– Нам бы только узнать, как себя чувствует больная, – сказал Федор.

– Фамилия? – спросила медсестра.

– Лебедев, – ответил Федор.

– Нет у нас такой.

– Нет, вы не поняли, это моя фамилия Лебедев, а бабушки фамилию я не знаю.

– Что ж ты за внук такой, что не знаешь фамилии? – с усмешкой спросила медсестра.

– Да я не внук, это соседка моя, Дарья Тимофеевна.

Ей плохо стало, а ее пес позвал меня на помощь. И вот она тут, а я пришел узнать, не нужно ли чего. У нее никого нет, кроме собаки…

– Это Вавилова, что ли? – спросила медсестра.

– Наверное, – неуверенно ответил Федор.

– Так у нее же внучка есть. Прибегала сегодня. Хорошая такая девочка. Так что, товарищ Лебедев, ступай домой.

– Как внучка? – удивился Федор. Потом вспомнил: – Женечка?

Медсестра не ответила.

– А когда можно будет навестить Дарью Тимофеевну? – спросила Ася.

 – Понимаете, мы очень за нее переживаем.

– Попробуйте денька через три, – сказала медсестра. – Если ее к тому времени переведут в общую палату, можно будет ее навестить. А пока – нет. Только родственникам.

И она жестом указала посетителям на выход.

На обратном пути устроившегося на заднем сиденье Федора сморил такой крепкий сон, что проснулся он только, когда Рыбак остановил «Форд» у его подъезда.

Поблагодарив коллег, Федор вошел в дом.

Пару минут потоптался у двери Дарьи Тимофеевны.

В квартире, насколько он мог слышать, царила полная тишина. Федор на всякий случай осторожно побарабанил пальцами по ручке. Будь пес дома, наверняка ответил бы. Но за дверью по-прежнему было тихо.

«Наверное, пошел гулять с Женечкой», – решил Федор и живо представил картину маслом.

По тротуару идет блондинка, сияющая, как горка с хрусталем, в лаковых туфлях на высоченных каблуках. Девушки в подобной обуви почему-то напоминали ему новорожденных жеребят, с трудом удерживающих равновесие на тонких, согнутых в коленках конечностях.

А впереди ковыляет пес с пушистым хвостом, грустной мордой и блестящими то ли от слез, то ли еще от чего глазами.

Поднимаясь на второй этаж, Федор немного побаивался встречи с Алисой – уж слишком недовольна она была его исчезновением и визитом неизвестной «бабы».

Но Алиса, судя по всему, оказалась девушкой отходчивой, встретила его теплым «Привет» и дружеским чмоком в щеку.