Актриса на роль подозреваемой

Но, так как говорить Абрек пока не научился, он лишь выгнул спину, ощетинился и поднял хвост трубой, всем своим видом показывая, как он рад приходу незваного гостя.

– Ты даешь, одиннадцатый час! – раздался из кухни голос Байрамова, услышавшего звук открываемой двери. Выйдя в прихожую, он застыл: слова, готовые сорваться с языка, застряли в горле.

– Эт-то ч-что? – проговорил он с трудом.

– Разве не видно? – с вызовом спросила Рита.

– Лошадь?

– Вот и отлично, можно назвать его Буцефалом.

Игорь наклонился, заглядывая псу под брюхо, потом выпрямился и с усмешкой сказал:

– Можно, конечно, только вот как-то не к месту.

– Почему?

– Разве не удивительно, чтобы суку звали мужским именем?

– Су… Ты хочешь сказать, что он девочка?

– Если это слово тебе больше нравится.

Рита растерялась. Ей казалось, что такой крупный пес обязательно должен быть мужского рода!

– И ладно, – вздохнула Рита, – какая разница?

– Действительно, – хмыкнул Игорь.

– Что мыть?

– Лапы этой суке надо вымыть, чтобы она наш ремонт не загадила, – медленно, словно общаясь с умственно отсталой, проговорил Байрамов. – Ведро на балконе. Ты ее притащила, тебе и карты в руки!

Рита покорно побрела на балкон и достала ведро, в котором до ремонта стоял высоченный кактус. Они купили для него красивый глиняный горшок, и пластиковая емкость оказалась не нужна.

Собака, едва не ставшая Буцефалом, все это время интеллигентно сидела на коврике. Поставив ведро на пол, Рита беспомощно поглядела на Игоря. Одно дело – покормить голодного пса и даже привезти его домой в машине, тем более что он сам туда запрыгнул. Совсем другое – взять лапу незнакомой собаки в собственные руки, рискуя быть укушенной!

Тяжело вздохнув, Игорь опустился на колени и без тени сомнения сунул переднюю лапу лохматой гостьи в ведро.

– О, да она приучена! – довольно отметил Игорь. – У нее определенно есть хозяин, и его надо разыскать.

Закончив, Игорь поднялся на ноги.

– Ты в курсе, что она беременная? – спросил он Риту.