Клиническая ложь

Здесь было красиво, несмотря на время года: очевидно, местные коммунальные службы работали не покладая рук! Повсюду росли деревья с аккуратно подстриженными кронами – наверняка летом они выглядят потрясающе, как и выложенные плиткой дорожки, огромные клумбы, посреди которых сейчас стояли голые розовые кусты, и в теплый сезон вокруг них наверняка высаживают садовые цветы типа маргариток и разноцветных анютиных глазок.

Однако сами дома разглядеть было непросто, так как их скрывали высокие заборы – виднелись только крыши или в лучшем случае верхние этажи, если здание оказывалось достаточно высоким.

Алла и ее группа поделили дома между собой и начали обходить их с двух противоположных концов поселка.

Посетив три резиденции, Алла сумела поговорить лишь с одним хозяином – вернее хозяйкой.

Ею оказалась мать известной актрисы сериалов Ольги Шуйской, приятная дама лет семидесяти с небольшим.

В остальных домах находилась только прислуга и охрана, которые в отсутствие хозяев разговаривать отказались.

– Надо же, какое несчастье! – качая головой, приговаривала Тамара Васильевна, наливая Алле кофе из красивого блестящего кофейника. – А вы уверены, душенька, что бедняжка именно из нашего поселка?

Старомодное и такое милое обращение «душенька» расположило Аллу к хозяйке еще больше, хотя она сразу произвела на нее приятное впечатление.

Интересно, откуда у матери звезды великосветские манеры?

Конечно, Алла лично не знакома с Шуйской, но на экране она играет роковых красоток с весьма ограниченным лексиконом.

– Не уверена, Тамара Васильевна, – ответила Алла. – Но, согласитесь, вряд ли сюда забрел человек со стороны, ведь добраться к вам можно только на частном автотранспорте, я правильно понимаю?

– Правильно. Правда, есть маршрутка, она ходит каждый час, но от нее еще идти минут двадцать пять… Боже правый, это же надо – у нас, в таком тихом, защищенном месте! Вот так живешь-живешь, считаешь, что твой дом – твоя крепость, и вдруг… Так чем я могу вам помочь?

– Мы с сотрудниками ходим по домам в надежде, что кто-то опознает девушку.

– А фотография есть?

– Да, но, видите ли, тело долго пробыло в воде, поэтому…

– Да-да, понимаю! Так как же вы надеетесь выяснить личность убитой, если нет ни документов, ни даже прижизненного снимка?

– Есть посмертный портрет, сделанный нашим художником.