Фархад и Евлалия

В основе учения Заратуштры – свободный нравственный выбор человеком благих мыслей, благих слов и благих деяний. В древности и раннем Средневековье зороастризм был распространен преимущественно на территории Большого Ирана. К настоящему времени зороастризм, в основном, вытеснен исламом, небольшие общины сохранились в Иране и Индии.].

– Тебя привлекает необычный антураж, милая? – Марта затянулась сигаретой и медленно, с наслаждением выпустила дым.

– На фоне незамысловатого перепихона? Безусловно. Но не только.

Мне кажется, в нем много настоящего, мужского, подлинного…

– Значит, твой теперешний перепихон проходит под зороастрийские заклинания? Или он прижигает тебя в процессе каленым железом? – Марта ухмыльнулась. – Не обращай внимания. Я за тебя рада. Просто у меня такой юмор.

– Не извиняйся. Знаешь, мне тут Федя позвонил. Предложил начать все сначала, я чуть с постели не рухнула поутру от его звонка.

– А ты?

– Я его послала.

– Куда ж дальше-то? Он и так вроде… – Марта попыталась хохотнуть, но тут же вспомнила про застывающую маску и ограничилась незначительным смешком.

– Я наконец поняла, что все кончено, и освободилась. От него, от его мамаши с истеричной Жужей, от себя прошлой… Уф! Как же мне хорошо! – Лала вытянулась на кушетке и закрыла глаза. – Начинаю новую жизнь! Ты мне лучше расскажи, что у тебя?

– Да то же, что и всегда. Абдулло гонит меня в Париж за новыми экспонатами и грозится потом направить в какую-то тьмутаракань, где якобы сохранилась икона Рублева.

Никакой личной жизни.

– А он сам к тебе не подкатывал?

– Нет. Нариманыч мужик умный. Понимает, что если мы переспим и поссоримся, он потом долго будет специалиста искать. К тому же у него одноразовых шлюх и так предостаточно. Жена терпит. Что еще надо? Подозреваю, что в большую и светлую любовь, при его деньгах, он не верит. Что в принципе правильно. Здоровый цинизм только на пользу.

– Марта, а ты в любовь вообще веришь?

– Да как тебе сказать… В глубине души, конечно, хочется, но вот если посмотреть вокруг… Любой провинциальной девочке, приехавшей за мечтой в образе мужика на лимузине с «лимоном» за пазухой, хочется такой любви… Но она же за ней сюда ломанулась.

Не осталась в своем Зажопинске, где по ней мальчики сохли, хоть и целовалась с ними по пьяни на школьном дворе… Полюбить короля каждый может. Ты вот поди полюби бомжа– может, он профессор или хотя бы кандидат наук бывший. Отмыть его, так прекрасным человеком окажется…

– Ага.