Дневник из преисподней

Я нуждалась в нем больше, чем Алекс представлял себе. И только Алекс был способен наделить меня небольшой частичкой этого света, одна лишь искра которого согрела и растопила лед в моем сердце. Его любовь удержала меня на краю бездны. Она осветила ее до самого дна и я поняла, что тьма не является моим домом, и мое стремление к ней – не единственное мое желание…

День продолжался, но я помнила про мертвые звезды в моих грезах и вечером, когда солнце, встретившись с горизонтом, прощалось с нами закатом умирающего дня, я спросила Алекса:

– Почему ты здесь, а не со своим народом?

Мой вопрос прозвучал для него так неожиданно, что Алекс чуть не подпрыгнул, внезапно вернувшись из задумчивого состояния в реальную жизнь.

– Мой брат стал королем и не желает больше видеть меня.

Недосказанность в его словах, интонация голоса и ускользающий взгляд сказали мне больше, чем он мог предположить.

– Лан изгнал тебя?

– Почему ты спрашиваешь? – Алекс смотрел на меня и в его серо-голубых глазах царил холод.

– Ты думал о погасших звездах и мертвом небе. Тебе было больно, Алекс, и мне тоже.

Он смотрел на меня, а вечерние тени наползали на его красивое лицо.

– Ты читала мои мысли. Не делай этого больше, Лиина.

– Я постараюсь, но мне кажется, я всегда буду хотеть этого, независимо от твоей воли.

Солнце скрылось за горизонтом, наступили сумерки – предвестники глубокого вечера. Небо все еще было светлым, но окружающий город стала покрывать темная пелена. С балкона, где мы сидели, было хорошо видно, как зажигаются огоньки в окнах, разгоняя эту пелену. Настроение Алекса становилось все более мрачным, по крайней мере, мне так казалось. Но я должна была спросить:

– Ты уверен, что твоим друзьям ничего не грозит? Не захочет ли Лан… – Я запнулась, не в силах подобрать правильное слово.

Но Алекс понял меня и ответил сразу:

– Не захочет ли изгнать еще кого-нибудь? Нет, Лиина. Ты не должна волноваться. Мой народ выбрал своего короля. К тому же я всегда знал, что во мне больше от человека, чем от орла. Я не ощущаю своего превосходства над людьми или отличия от них. Когда-нибудь я смогу вернуться к своему народу.