Выкуп

Кладбище было новым, но уже «заселённым» на огромной площади, разбитой на кварталы. Но всё же сразу видно, что новое, ещё не успевшее обустроиться. Лишь в самом начале попадались могилы с капитальными памятниками, а в основном – из свежих холмиков торчали деревянные временные кресты или просто таблички. Зато на пригорке, словно крепость, стояли полукругом каменные мощные кресты в готическом стиле, а перед ними – изящная кирха. Вадиму уже рассказали, что это – захоронения немецких солдат ещё с войны. Год назад Германия реставрировала их на свои деньги.

Глядя на них, Вадим не удержался от усмешки: земля мёртвых так напоминала землю живых! Побеждённая Германия, процветающая и самодовольная, оказывает гуманитарную помощь своим победителям! И взирает на них с милосердным презрением, свысока – так же, как эти каменные кресты на земляные жалкие холмики…

На аллее остановился ещё один похоронный автобус, из него вытащили гроб, поднесли к следующей вырытой яме. К нему быстро и деловито направился поп, одёргивая рясу и поправляя на груди крест.

Этот священник подходил и к ним, как только они вынесли тётушкин гроб.

– Отпевать будем? – спросил как само собой разумеющееся.

«Надо же! – Вадим почти восхитился. – Как быстро сориентировались!» Сейчас все вдруг вспомнили, что они крещённые, православные. Редко кто откровенно называл себя атеистом. Даже те, кто не считали себя верующими и не ходили в церковь, говорили на Пасху: «Христос воскрес!», поздравляли друг друга с Рождеством Христовым. А уж когда умирали близкие, практически все старались хоть слегка, но обряды отпевания соблюсти.

Мало ли что! А вдруг!..

И вот – священник прямо на кладбище, какой сервис! Только этот поп совершенно не понравился Вадиму. Ещё молодой, но лицо поношенное, обрюзгшее, хмурое, ряса неопрятная… Вадим успел лишь пожать плечами, не зная, что ответить, как лучшая тётина подруга энергично замотала головой.

– Ни в коем случае! Липа этого не хотела. Была и оставалась до конца неверующей.

Священник сразу отошёл, а через пару минут Вадим увидел, как он весело смеётся в стороне, с могильными копальщиками.

«Ну и правильно, – подумал. – Может это вообще не священник, деляга какой-то…»

– Прощайся, Вадик. Что ж, пора уже… – сказала тётина подруга Александра Ивановна.

Вадим наклонился, коснулся губами холодного лба, сердце сжалось. Но тут же, оттеснив его, два парня ловко накрыли тётю Липу крышкой, вбили два гвоздя, и, подсунув верёвки, мгновенно опустили гроб в яму.