Между волком и собакой. Последнее дело Петрусенко

Предупреждал тех, кого ЧК готовилось арестовать, и переправлял группами в Добровольческую армию. С последней группой и сам ушёл. Прости, Николай, но я всегда считал его благородным человеком.

Кожевников махнул рукой.

– Может тогда он и был благородным, но сейчас его бойцы в Испании на стороне фашистов воюют, наших, между прочим, ребят убивают тоже… Но я не об этом. Да, Людмила Илларионовна, я их не видел, но кое-что узнал.

Людмила Илларионовна сидела прямая, бледная, но глаза сияли.

– Говори, Коленька, – сказала тихо, почти прошептала.

– Они живут во Франции, в Лионе. Но есть поместье под Парижем, в Сен-Жермен-ан-Ле. Знаете, что это?

– Конечно. – Елена с улыбкой обвела всех взглядом. – Это поместье приобрели ещё наши родители. Когда Лодя и Катюша уезжали, я передала ему все документы и на поместье, и на родительские денежные вклады. А Сен-Жермен-ан-Ле – прекрасное место между Парижем и Версалем, много зелени, прямо на берегу Сены. В Сен-Жерменском замке подолгу жили и дети Екатерины Медичи – юные Валуа, – она улыбнулась Володе, – это из которых королева Марго.

– Это который Людовик Тринадцатый, из мушкетёров, – в тон ей добавил сын.

Все засмеялись. А Викентий Павлович спросил внезапно дрогнувшим голосом:

– И наши внуки… они тоже там бегают? У нас ведь есть внуки?

– Трое! – торжественно провозгласил Кожевников. – У Берестовых два сына и дочка.

С радостным вскриком Людмила Илларионовна припала к плечу мужа, тот крепче прижал её к себе:

– Ну, Коля, порадовал ты нас! Оказывается, у нас так много внуков…

– Племянников, – подхватил Дмитрий, ловя счастливый взгляд Елены.

– Это значит, у меня за границей есть двоюродные братья?

Это задумчиво протянул Володя, словно не зная, радоваться ему или огорчаться. И обвёл всех таким растерянным взглядом, что компания рассмеялась.

– И двоюродная сестра, сынок! – кивнула ему Елена. Добавила с иронией, разведя руками: – Прости, так получилось.

Но Володя уже решил, что новость всё-таки хорошая, и спросил заинтересованно:

– А фотографии их вы не привезли, дядя Коля?

– Нет, – серьёзно ответил Кожевников. – Как её получишь? Тайно фотографировать, так я не агент разведки. Попросить у Севы и Кати, послать к ними кого-то? Во-первых, человека подставить, а во-вторых… Значит сказать им, что я рядом, в Швейцарии. Севка бы не удержался, приехал… Нет, нельзя было.