Пара отчаянных

– Может, и тебе пора перестать вести себя, как сыч? Хочешь, я спрошу у моей возлюбленной, нет ли у неё симпатичной подружки?

– Это лишнее.

– Точно?

– Точно, – заверил Дин.

– Может, тогда сегодня сходишь ко вдове, а то ты как сжатая пружина?

– И ты туда же? – Парень покачал головой. – Я бы лучше пригласил тебя выпить.

– Прости, друг, – Элиас сочувственно положил руку на плечо приятеля. – Я уже обещал своей красавице. Если хочешь, извинюсь перед ней и приду к тебе.

– Нет, не хочу разлучать голубков, – усмехнулся Дин.

– Через месяц? – уточнил Элиас.

Молодой человек задумался. За месяц много чего могло произойти. Может, по возвращении ковбоя будет ждать скандальная история от завсегдатаев салуна. И лучшей концовкой в ней будет побег шерифа из города, а худшей… Нет, о худшей не могло быть и речи. До этого ведь удавалось обойтись без неё.

– Месяц – это много, – протянул молодой человек, задумчиво склонив голову набок и глядя на ехидно улыбающегося приятеля.

– Что ж, благородство – твоё второе имя, шериф, – Элиас отвесил шутовской поклон, на что Дин только махнул рукой.

– Иди уже отсюда, чтоб глаза тебя не видели.

Друзья обнялись на прощание. Шагая домой, Дин вновь вернулся к своим невесёлым размышлениям, но всё уже стало представляться немного иначе. Даже ветер стал прохладнее, остужая влажную от пота кожу и вместе с этим успокаивая мысли. Солнце, напоследок раскрасив улицы пурпурными потёками, зашло, и с его последними лучами Дин закрыл за собой дверь дома.

Оказавшись в одиночестве среди выцветших стен, он пожалел, что отказался от предложения приятеля. Хорошая компания ему бы сейчас не помешала. Может, Элиас и высмеял бы его, что вполне в его духе, но это помогло бы снять напряжение перед тем, что ждёт Дина впереди. Убрало бы гнетущее предчувствие опасности. Теперь же придётся справляться самому.

Стянув сапоги и бросив кобуру и шляпу на крюк в стене, он прошёл на скудно обставленную кухню, достал бутылку виски, сел за стол, зубами вытащил пробку и сделал большой глоток.

Вечер обещал быть длинным.

На следующий день Дин пришёл в управление, проклиная всё на свете. Голова гудела, как будто бы ею всю ночь били в колокол. Стараясь не делать резких движений, он поднял руку в знак приветствия уже явившимся на работу помощникам и направился в кабинет.