Эксплеты. Совет Девяти

Омарейл очень хотела попробовать все эти угощения, но, прежде чем усаживаться на мягкий стул, произнесла:

– Простите, мне нужно освежиться после столь плотного обеда. Госпожа Эдельвейс, вы со мной не пройдетесь?

Шторм – то ли от столь почтительного обращения, то ли просто от того, что Омарейл заговорила с ней, – застыла, удивленно глядя на принцессу. Но ей быстро удалось взять себя в руки. Мельком взглянув на Дженну, она пожала плечами и вышла следом за Омарейл.

Завернув за угол, они оказались в той самой галерее с большими окнами, шахматным полом и деревянными панелями на стенах.

– Чего тебе? – без церемоний произнесла Шторм, когда обе убедились, что остались наедине.

– Я просто хотела поговорить с тобой, потому что, мне кажется, между нами есть какие-то недомолвки…

Шторм скривила губы и снова дернула плечом.

– С чего ты взяла, что мне не плевать? – спросила она. – У меня своих забот достаточно, до тебя мне дела нет.

Омарейл не знала, что сказать. Почему она решила, что им нужно было поговорить?

– Мне не плевать, – твердо ответила она.

Шторм картинно закатила глаза. Но Омарейл ясно почувствовала заинтересованность, помноженную на обиду. Такая необычная смесь вынудила ее чуть отступить назад.

– Я очень хотела прийти, – искренне произнесла принцесса, – но господин директор узнал, что я – не та, за кого себя выдаю. Мне пришлось сбежать, я просто не могла появиться на конкурсе, так как у меня были бы проблемы.

Зеленые глаза Шторм оставались холодными, но Омарейл чувствовала ее возмущение.

– Ну прости меня, – простонала Омарейл. – Тебе не кажется, что это уже пройденный этап?

Тут Шторм внезапно выдохнула, и с нее будто сошла вся спесь.

– Да, проклятье, это вообще все не важно. Конкурс, школа, оценки. Кому какое дело?

Омарейл пару секунд смотрела на собеседницу, пытаясь уловить ее эмоции. Опустошение, ощущение безнадежности и тихий, едва ощутимый гнев. Вот что чувствовала Шторм Эдельвейс.

– Что с тобой? – спросила Омарейл. – Ты какая-то несчастная.

Какое преуменьшение!

Девушка резко вскинула голову, каштановые волосы яростно взметнулись. Шторм склонилась к собеседнице так близко, что их носы едва не соприкоснулись, и прошипела:

– Почему бы тебе не спросить у твоего «брата», может, он объяснит, если ты такая недалекая, – «брата» она выплюнула так ядовито, что сомнений не оставалось: Шторм ни на секунду не поверила в их родство.