Эксплеты. Последняя сказка

В этот раз они тщательно обследовали все улочки, что лежали недалеко от площади Храма Света. И наконец удача оказалась на их стороне: небольшой зеленый уголок был разбит у кирпичной стены, отделяющей здание почты от безлюдного переулка. Деревья казались достаточно дикими, чтобы предположить, что за ними никто не ухаживал. Даррит подошел к тому, которое было дальше всего от дороги и ближе всего к стене. Он не без труда влез на него и затем примотал проволокой шкатулку с предсказанием на ветвь примерно в паре метров от земли.

Когда Норт спустился, они с Омарейл встали на дороге, одинаково сложив руки на груди, и застыли, глядя на дерево. Шкатулки видно не было, но…

– У тебя нет ощущения, что это как-то ненадежно? – выразила наконец сомнения Омарейл.

По тому, как быстро Даррит согласился, она поняла, что он думал о том же.

– Трудно поверить, что шкатулка может пробыть там почти тридцать лет, да? – произнесла она, чуть склонив голову набок.

– Да…

Потоптавшись вокруг этого оазиса в городской каменной пустыне и обсудив ситуацию, они решили спрятать не одно, а несколько посланий в разных местах Астрара.

Глава 5

Сила слова

Плетя коврики на улице, Фрая действительно привлекала внимание прохожих. Метод работал. Омарейл в это время хозяйничала в лавке.

Звякнул колокольчик, и принцесса обернулась на звук. В дверях стоял темноволосый мальчик с серьезным взглядом.

– Добрый день, – произнес ребенок. – Госпожа Тулони сказала, что вы умеете красиво писать.

Омарейл внимательно вглядывалась в его лицо.

– Да, умею, – кивнула принцесса.

– Вы могли бы подписать мою открытку? У меня совсем не осталось на это времени, а сам я пишу ужасающе. – Последнее было похоже на слова кого-то из взрослых.

Сомнения рассеивались с каждой секундой – перед ней был Бериот, в этом нежном возрасте невероятно похожий на свою мать.

– Конечно. – Омарейл приняла открытку, которую, очевидно, мальчик нарисовал сам.

– «С днем рождения, малыш!» И внизу – «Твой старший брат Бериот».

Она с умилением взглянула на ребенка. Это было так трогательно: он сам нарисовал Дану открытку! По интонациям и эмоциям, которые улавливала Омарейл, было ясно, что он относился к тому с большим трепетом.

Принцесса выполнила просьбу, поглядывая на улицу через витрину. Она одновременно боялась встречи с Совой и желала ее.