Плацебо

А после уже будем куролесить! – предложила Луна.

Нана захохотала:

– «Будем куролесить» звучит как план, а план и куролесить – штуки несовместимые! – назидательно произнесла она, отсмеявшись.

Подкрепившись злаковым коктейлем и ореховым печеньем, девушки отправились в «Детский рай».

Глава 6

Всем нужна тайна

Девочка Луна любила гулять по вечерам и любоваться умирающими лампочками фонарей. Незадолго до своей смерти они обладали особенной потусторонней красотой: они моргали, и Луна могла с легкостью представить себе живущих внутри светлячков.

Сьюзан любила медитировать и всякий раз, проходя мимо ее комнаты перед сном, можно было услышать, как она гортанно играет продолжительным «оммммммм» на своих губах. Иногда она ложилась на пол поперек большой комнаты и громко быстро дышала. В такие моменты с ней происходили странные вещи – ее ломало, как картинку в телевизоре, искаженную колебаниями антенны.

Отец как-то объяснил Луне, что Сьюзан так часто дышит, чтоб нарушить соотношение кислорода и углекислого газа.

Так она расширяла сознание, чтоб туда поместилось ее любопытство – горючее для эмоционального велика.

Вильгельм любил скамейки со спинками больше всего на свете. А еще любил сладкий свежий запах лета, пряный имбирный чай и мозоли на натруженных руках. А еще он любил Сьюзан, а еще больше – идею своей любви к Сьюзан и совсем не любил свою любовь к Марчеле.

Марчела была подругой Вильгельма и тоже любила пряный имбирный чай, а еще длинные разговоры за полночь.

Марчела была какой-то очень темной. У нее были темные волосы, такие темные глаза, что зрачок поглощал радужку, жилистые запястья с коротко обстриженными ногтями и одежда непримечательных цветов. Она выглядела уверенной и донельзя гармоничной, ходила с прямой спиной, голос у нее был тихий, низкий, и она невольно внушала уважение.

Появилась Марчела так давно, что Луна и не помнила когда. Помнила только, что она все время приносила барбарисовые конфеты, и Луна их прятала под подушку.

А Сьюзан все время выносила подушки из дома, чтоб жесткая земля, на которой они неустанно плясали с очередным археологом, казалась чуть мягче. И тогда Луна ела конфеты и спала на свернутом полотенце.

Луна немножко лепила из глины, а как-то даже сделала башмачки из каштана своей кукле. Она очень хотела быть талантливой в чем-то, чтоб можно было полунамеками упоминать о своей особенности.

Смущаться немного.

И обещать показать свои работы при случае.