Игры кошачьей богини

О последнем было нетрудно догадаться. Судя по тому, что я увидела во дворе и прихожей приюта, здесь давно не убирались. Со времён мезозоя.

Пожухлый неравномерно растущий газон пестрел разного рода мусором, от деревяшек непонятного происхождения до битого стекла. Да дети во время первой же прогулки должны покалечиться! Хорошо, что Тоби остался с Томом, нашим кучером. Само здание приюта – унылая коробка с мутными окнами, крыльцо разбито в хлам. Уже на пороге я оставила надежду увидеть внутри что-то более или менее приличное и, в принципе, не ошиблась в своих ожиданиях.

Что за люди? «Дайте-дайте», «поможите чем могёте», а сами палец о палец не ударят, чтобы что-то исправить.

Миссис Грин сразу поняла, что лоханулась и стала мямлить какой-то бред про то, как ей с мужем тяжело заниматься приютом и воспитанниками. Меня чуть ли не наизнанку выворачивало, до того противно было смотреть как эта квадратная бабень блеет, как невинная овца. А миссис Хант… Да я готова ей премию вручить за Самую Большую Тупость! Это ж как можно не замечать очевидного? Мало того что изнеженную леди смущала обстановка, она ещё с радостью позволила повесить себе на уши свежую лапшу.

Прости, Бен, но твоя мама иногда такая курица.

– Вот жопа, – нарочито громко вздохнула я.

Обе тётки вмиг заткнулись.

– Что ты сказал, дорогой? – пискнула моя спутница.

– Жопа, говорю. – Я прошлась по поскрипывающим половицам. – И внешний вид, и ситуация в целом. Помочь нужно.

Миссис Грин явно расслабилась. На её широком, мужеподобном лице появилось подобие улыбки. Я чуть не отвернулась, чтобы не смотреть ей в рот.

– Где дети? Нам надо на них взглянуть.

Улыбка стала медленно сползать с её рожи.

– Дети?

– Ну да, дети. Такие маленькие существа, которых надо кормить, мыть, учить уму-разуму…

– Дети на месте и с ними всё в порядке, – отчеканила миссис Грин, глядя на меня как бык на неопытного тореадора.

Пыхтевшая от напряжения и духоты миссис Хант обрадовалась такому ответу.

– Вот видишь, Бенни. Всё в порядке…

Я стояла на своём.

– Покажите нам детей.

– Вам не нужно на них смотреть, – жена директора приюта тоже не сдавала позиций. – Подумайте о своей матушке. У неё же сердце кровью обольётся.

– Тогда и вы кое-чего не увидите. Денег.

– Простите его, миссис Грин! – малодушно заверещала миссис Хант. – Он весь в меня, такой же впечатлительный.