Тайна заброшенной сторожки

– В другой раз, – бросил Стас Лисовскому и, больше не обращая внимания на его подначивания, последовал за друзьями.

* * *

На дачу поехали после обеда. С отцом обычно ездили на машине, но на этот раз пришлось добираться своим ходом: сначала через всю Москву на метро до станции «Южная», а потом около часа на автобусе-полуэкспрессе.

Когда проходили мимо соседского дома, из-под забора выскочила белая болонка с розовым бантиком на макушке и начала яростно облаивать Натку.

– Привет, Кнопка! – сказал Стас и наклонился погладить собачку.

– Вот всегда так, – плачущим голосом сказала Натка. – Почему она на меня лает, а к вам подлизывается?!

– Собаки чувствуют людей, – объяснил Стас. – Кто хороший, а кто – не очень…

– На что ты намекаешь?! – возмутилась Натка, и Кнопка, которой не понравился её резкий тон, залаяла ещё громче.

Из окошка выглянула хозяйка собачки, пожилая соседка тётя Маша.

– А-а, приехали! – приветствовала она Марию Сергеевну.

– Целиком и полностью согласен, – тихонько проговорил Алик.

– Да мы пока только на выходные, – сказала мама Стаса.

– Чего же так?

– Пока не получается…

– Жаль, жаль, – покачала головой тётя Маша и позвала свою любимицу: – Кнопка, домой!

Болонка, последний раз визгливо гавкнув для порядка, снова скрылась за забором.

– До чего противная собаченция! – сморщила нос Натка, когда соседка уже не могла их слышать.

– А, по-моему, ничего, – немедленно сказал Стас назло сестре.

Впрочем, он и его друзья вскоре за это поплатились. Едва Мария Сергеевна успела открыть калитку, как Натка сразу засуетилась и начала распоряжаться:

– Стасик, вот эту сумку положи туда! Алёша, подай мне вон тот пакет! Да не этот, а белый, с цветочками! Коля, отнеси эти вещи на террасу! Стасик, возьми веник и подмети пол!

– А я думал, потолок, – съязвил Стас.

– Можешь и потолок подмести, если достанешь, – не осталась в долгу сестра.

– Мам! – наконец взмолился Стас, поняв, что Наткиным указаниям конца-края не предвидится.

– Ладно уж, сейчас поужинаем, и можете погулять, – смилостивилась Мария Сергеевна.

После ужина ребята выскочили на улицу.

– Фу-у! – выдохнул Алик. – Наконец-то свобода!

– Ну и сестрица у тебя! Совсем замучила, – сказал Ника.