Увратрая

И, изо всех сил пытаться определить причину возникновения в ней этой больной, всепоглощающей, никому ненужной и разрушительной любви….

По телевизору передавали концерт. Песня, исполняемая статным и довольно красивым мужчиной, показалась ее знакомой, так как звучала нынешним летом, буквально, «на каждом перекрестке» и была очень популярна. Именно, поэтому не испытывая никакого интереса к эстрадной, да и вообще, ко всякой другой музыке, она помнила эту мелодию достаточно хорошо.

Впервые мгновения ее вечернего отдыха, как будто ничего не происходило.

В гостиной, расположенной окнами на север, свет безвольно отдавал свои права легким дрожащим сумеркам. Слабый ветерок несмело шевелил белоснежные кружевные занавески. Завораживающий мужской голос проникал в ее сонную душу нежной песней. Песней о любви….

Она сидела, застыв, неотрывно глядя в экран телевизора, ловя каждый жест певца, прислушиваясь к виртуозным переливам его бархатного баритона. Песни следовали одна за другой, исполнение было великолепным: трепетным и задушевным.

И ей вдруг отчетливо показалось, что она очень хорошо (ну просто, как саму себя), знает этого человека. Понимает, как он чувствует и о чем поет. Это ощущение вспыхнуло в ней с неожиданной очевидностью, и полностью захватив, заставило позабыть на время обо всем на свете….

– Лилька, что это ты пялишься в пустой экран? – застал ее врасплох голос мужа.

Испуганно встрепенувшись, женщина непонимающе оглянулась, щуря глаза от яркого электрического света, резко хлынувшего с потолка.

– Сидишь в темноте? К ужину не зовешь? – продолжал сыпать вопросами муж. – Что это с тобой приключилось, дорогуша? Совсем на тебя – «суету» не похоже.

Медленно приходя в себя, она в удивлении уставилась на коренастого, плотного мужчину, в промасленной рубахе и с грязной тряпкой в руке. Плешь на затылке, над верхней мясистой губой пот, неприятный насмешливый взгляд маленьких водянистых глаз….

– «Кто этот человек? – вдруг подумала она. – Чего от меня хочет? Да и вообще, какое имеет право так иронично со мной разговаривать? Такой серый, некрасивый, чужой….

».

Видимо, эта мысль настолько отчетливо читалась в неприязненном взгляде Лилии, что мужчина, вздрогнув от неожиданности и потупив глаза, спешно проследовал в ванную, пробубнив на ходу грубовато:

– Есть давай. Подохнуть с такой женой от голода можно.

Подцепив, слетевший с ноги розовый пушистый тапок, женщина поднялась с дивана и, как в забытьи переместилась на кухню.