Обреченная. Наперекор судьбе

Лена растерялась, она постаралась сбросить оцепенение и страх и начала кричать, надеясь, что услышит кто-нибудь на берегу.

– Помогите! Помогите!

Голос как будто бы принадлежал не ей, был чужим, звучал хрипло и слабо.

Игра в волейбол была в самом разгаре, и Лену никто не услышал.

– Марина, держись! – крикнула Лена и поплыла к берегу. Запыхавшись, она подбежала к учителю.

Прямо в одежде физрук прыгнул в воду и нырнул, за ним прыгнули еще двое ребят.

Марину достали из воды, когда она уже не дышала.

– Марина, не умирай. Не умирай, пожалуйста. Что я без тебя буду делать?

Все стояли вокруг и боялись даже дышать.

– Наверное, все, не спасут уже, – сказал один из мальчиков, глубоко вздохнув.

Лена злобно на него посмотрела и разрыдалась.

Надежды не оставалось.

Но физрук все же не сдавался, борясь из последних сил за Маринкину жизнь.

И, наконец, произошло чудо – Марина шевельнулась. В толпе пронесся протяжный вдох, выражающий вновь возродившуюся надежду.

Илья Николаевич перевернул Марину на бок, и ее вырвало грязной речной водой. Наконец, она, вся синяя, сделала первый вдох, и тут же закашлялась.

– В рубашке девочка родилась, – сказала воспитательница.

Марина стала героем дня, весь лагерь обсуждал только подвиг Ильи Николаевича и чудесное Маринкино спасение.

6.

Вечером в лагерь приехала Галина Васильевна. Она была в летнем отпуске, но, узнав о происшествии, тут же примчалась и пошла к начальнику лагеря.

– Как такое могло произойти? – гневно спросила она. – Государство доверило вам детей из детского дома. Так вы за ними смотрите?

Начальник лагеря хоть и уважал Галину Васильевну, но оправдываться не собирался.

– Лучше научите своих детей правилам поведения в лагере, – сказал он. – Ваши девочки почти самовольно пошли купаться, когда остальные дети под руководством педагога играли в волейбол.

– Вот именно – почти. Я думаю, что они спросили разрешения. В любом случает, ответственность за несовершеннолетних лежит на педагогах. Если бы я была здесь, такого бы никогда не случилось, – гневно сказала Галина Васильевна.

Выйдя из кабинета начальника лагеря, она пошла в отряд к девочкам.

Галина Васильевна всегда сильно переживала за любимую воспитанницу.