Дем Санд. Странствия меча

Тихонький несколько секунд наблюдал, как я вожусь то с плащом, то со шнуровкой жилета, то с портупеей меча. Не выдержал и язвительно сообщил:

– Если ты хочешь удивить меня искусством «снятия покровов», то таки смею тебя уверить: даже у самых бездарных деточек Благоуханного Дворца это получается многократно соблазнительнее.

Я оставила это замечание без ответа, стянула наконец-то тунику и развернулась к нему лицом. У Мя челюсть приотвисла, а и без того круглые глаза стали совсем навыкате. И поверьте, вовсе не от созерцания моей наготы.

– Ой, деточка, – наконец сдавленным голосом сказал он, а его пальцы так и тянулись ко мне, так и плясали в воздухе. – Ой, золотце! Ах, сокровище!

На этот последний возглас из каких-то укромных уголков высунулись все три паука-сторожа и внимательно уставились в три дюжины блестящих глазок. Я при их явлении инстинктивно прикрыла грудь туникой и крепче стиснула ножны меча. Неприятно, знаете ли, стоять голой по пояс в присутствии огромных арахнидов.

Мя коротко свистнул, от чего у меня опять в ушах занемело, сцепил пальцы рук и ног, унимая их беспорядочное движение, и жадно уставился мне в лицо.

– Это таки то, что я думаю? – свистящим шепотом спросил он.

– Да, и это таки то, что ты из меня достанешь, – кивнула я, не торопясь снова красоваться сомнительным эльфийским «подарочком». – И оставишь себе вместо оплаты твоих драгоценных услуг. А так же за объеденные Буцефалом кусты.

– Ой, да пусть их все ест, мне не жалко! – всплеснул руками Мя, а глаза его разгорелись алчным огнем. Он дотянулся до одной из трапеций, повис на ней, раскачиваясь. Потом ловко перебросил себя на следующую перекладину, повиснув прямо напротив меня. – Ой, золотце, вот ты порадовала старого Мя! Да я все в лучшем виде сделаю, ты же знаешь меня! А пока-таки я готовлюсь, ты меня побалуй рассказом, как же ты умудрилось поймать «цветущее благословение» эльфийского правящего Дома.

Я поморщилась, но Тихонький Мя, помимо коллекционирования всевозможных чудес этого Мира, был большой любитель разных историй. Поскольку уж так получилось: Мя уродился с несуразно маленькими, неспособными к ходьбе ножками, и путешествия в дальние края совершал со слов своих посетителей. Это была частичная плата за оказываемые им услуги, которые и так стоили весьма недешево.

Взмахом руки Мя предложил мне устраиваться на том самом овальном столе.