Дем Санд. Странствия меча

Я вытащила на свет невзрачную на вид круглую лепешку, присыпанную мелкими зернышками какой-то приправы, а так же полоски вяленого мяса, нанизанные на веревочку.

– Пух, тебе что намазать: меду или сгущенного молока? – поинтересовалась я у коня, предлагая и лепешку, и мясо.

Буцефал понюхал хлеб, фыркнул. Тронул губами вяленье, снова брюзгливо скривив мягкие губы, и полез носом в сумку.

– Эй! Эй, убери-ка рыльце! – Я пихнула его плечом. – Ничего другого нет, уж извини. Свежатинки там точно нет.

Коня мало впечатлили мои попытки отпихнуть его, но, убедившись, что в сумке действительно нет ничего другого, отошел.

Не забыв, впрочем, прихватить сразу три полоски вяленой оленины.

– Ты знаешь, что для лошадей вообще-то не типично жрать мясную пищу? – поинтересовалась я у него, отрывая от связки порцию мяса для себя и отламывая кусочек от лепешки. Все остальное было убрано, а сумка тщательно застегнута. В ответ на моё замечание, вороной только дернул хвостом. – В Лес я не пойду, и не проси. Неизвестно, подстрелишь какого-нибудь зайца сиреневого, а он местным божком окажется!

Буцефал только ушами подергал, пережевывая свой паек.

Я не стала с ним более препираться, села возле костра, поджав под себя ноги, разложила на коленях лепешку и мясо. Посмотрела так и этак. Да, эльфийский рацион, несомненно, утолял голод маленькими порциями, сохранял определенную свежесть… Но и приедался довольно быстро, поскольку был пресным на мой вкус. А ни перца, ни соусов я с собой как-то не привыкла возить.

Пламя к этому моменту снова приобрело сиреневато-золотистый цвет. Ни дыма, ни искр не поднималось над костром, что, впрочем, было меньшим чудом из всех чудес Ведьмачьего Леса. Над поляной все так же медленно дрейфовало полупрозрачное «перо», лениво шевеля краями. Оно, знай себе, покачивалось туда-сюда, как призрачное опахало, иногда лишь наливаясь чуть более ярким голубоватым свечением.

Понаблюдав за ним и не уловив ни намека на агрессию или опасность, я приступила к еде, снова уставившись в огонь.

Бледно-сиреневый и античное золото. Что ж мне это сочетание так беспокоит?

Оставшиеся от лепешки крошки я смахнула в пламя. И внезапно оно налилось более густым цветом, и три пламенных языка вдруг стрельнули вверх, в середине полыхая старинным золотом.

Ну, конечно! Королевские ирисы! Здешние fleur-de-lys[17 - Fleur-de-lys – «цветок лилии», является широко распространенным цветочным геральдическим символом. Часто встречается на гербах королевских семей.