Жестокие игры

Нас ждет чудесный вечер вдвоем! Если, конечно, не считать артистов и надоедливую публику, заполонившую сегодня весь зал.

– Какой же шикарный у тебя костюм! – не смогла Марина сдержать своего восхищения.

– Купил недавно за две тысячи, – скромно усмехнулся он.

– Две тысячи?! Долларов?! Ты сошел с ума, такие костюмы покупать?! Ты что, жениться или свататься собрался?

Он так посмотрел на нее, что она поняла: попала в точку.

Спектакль назывался «Желтые листья», выездные гастроли таджикского драматического театра.

Артисты так отчаянно жестикулировали и так хорошо играли, что слова для того, чтобы понять, о чем речь, были совершенно не нужны.

Пьеса оказалась совсем незамысловатой. Парень женился на любимой девушке, потом встретил другую, эту другую полюбил, а первую разлюбил и бросил. Вторая девушка забеременела, а он еще завел любовницу.

– Прохиндей какой-то и ловелас, а не герой пьесы, – сказала Марина.

– По-твоему, все герои – правильные? – не согласился Дмитрий.

– Конечно! Или становятся такими в ходе истории. Поспорим?

Они затеяли долгий дружеский спор, стоит ли отнести к правильным героям Крестного отца или Джека воробья, и вышли из театра, отправившись гулять по проспекту. Навстречу им попался тот самый артист, играющий главного героя, в окружении громко щебечущих очаровательных девушек в ярких одеждах.

– Какой красавчик! – не сдержавшись, воскликнула Марина.

– Кто, я? Конечно, красавчик!

– Да не ты, вон тот, главный герой. Видишь его?

Дмитрий сделал вид, что возмущен до глубины души:

– Кем ты восхищаешься, моя дорогая? Он изменщик!

– А ты – нет? Не изменщик? – как будто в шутку, смеясь, спросила Марина.

– Я – нет, – глядя ей прямо в глаза, серьезно сказал Дмитрий.

Он предложил:

– Давай зайдем в кафе, выпьем по чашечке нашего любимого кофе.

Они выбрали столик в конце зала, с видом на широкий проспект, и сделали заказ официанту.

Марина засмущалась – его глаза всегда восхищенно горели, когда он смотрел на нее. Так горят и сияют только глаза влюбленного мужчины.

Сейчас он любовался Мариниными тонкими ручками, и восторженно сказал:

– Какие у тебя великолепные руки! Тонкие и изящные, с нежной бархатистой кожей. Так и хочется держать твою руку в своей.