Любовь в смертельной дозе

– Хорошо, сейчас приду, – ну вот настал час икс, а в голове не идеи, он так прилично вёл себя эти дни, что я совсем расслабилась.

«Что же делать? Придётся импровизировать», – глубоко вздохнув, попыталась настроить себя на нелёгкий разговор.

Я встала, поправила съехавшую набок юбку и с каменным лицом направилась на интимную встречу с шефом. Только где-то позади услышала тихие всхлипывания Маши. Около двери кабинета Львовича копался в принтере Ник, увидев меня, он подмигнул и прошептал:

– Добро пожаловать в клуб.

– Иди к черту! – сказала я одними губами и захлопнула за собой дверь.

Кабинет был светлый, прозрачный стол, бежевая мебель и отвратительный белый, кожаный диван с легкими потертостями, надо полагать от голых ягодиц. Меня затошнило буквально сразу, как я переступила порог этого мини борделя. Львович жестом предложил мне сесть. Села на стул напротив его стола, ни за какие деньги я даже пальцем не притронусь к этому дивану.

– Сашенька, за эти две недели ты с лихвой продемонстрировала свои профессиональные навыки, нашла крупных клиентов, и скоро мы заключим с ними выгодный контракт.

– Как это сделать? Я на всё готова! – мои слова просто взбудоражили Львовича, он весь вжался в кресло.

– Отлично, я так и думал, что мы понимаем друг друга. Предлагаю обсудить эти детали после работы.

Пора действовать. Я встала со стула, обошла стол и приблизилась к креслу шефа, он повернулся ко мне с самодовольной улыбкой.

– Пётр Львович, мы с вами оба взрослые люди, давайте говорить открыто.

– Я только за, Сашенька! – он погладил мою руку.

– Так вот, понимаете, мои интересы весьма специфичны, я не романтичная особа.

«Ох, надеюсь, он не смотрел этот фильм».

– Я не занимаюсь любовью, я люблю… пожёстче, – улыбка Львовича поплыла, он отпустил мою руку и перестал моргать, – в определенных кругах меня называют госпожа Рубина, и как только я увидела вас в первый раз, то сразу захотела сделать вас моим мальчиком.

– В-вашим мальчиком? Г-госпожа? – лицо Львовича играло всеми цветами радуги, а глаза были похожи на глаза ребенка, у которого только что отобрали желанную игрушку, – Понимаете, Сашенька, это для меня нечто новое, мне нужно изучить этот вопрос, подготовиться, так сказать.