Лучший исторический детектив

– Зачем так орать на целую улицу?! Тебе обязательно нужно, чтобы весь квартал знал, что к Зельде пришли гости? А так, чтоб меня завтра не спрашивали соседки, во сколько они ушли, ты не можешь?

– Открывай уже, что в окне стоять, – сказала Рузя и поёжилась от холода. Тонкое крепдешиновое платье хорошо сидело на фигуре, выделяя всё, что нужно, но совсем не грело.

Зельда была занята – она заканчивала срочный заказ. Шикарное свадебное платье занимало всю огромную Зельдину кровать, а шлейф от него лежал у Зели на коленях.

Она пришивала к нему кружево, тонкие булавки, натыканные по краю, тускло поблёскивали, от чего платье казалось особенно торжественным. Зельдины чёрные кудри путались с кружевом, образуя загадочный узор, и Рузя ненароком залюбовалась, сдерживая в себе желание прикоснуться к кудрям и булавкам.

– Красивое какое, – сказала Рузя. – Это кто у нас замуж собрался?

– Дочка одного доктора. Да ты не знаешь его. Он богатенький.

– Вижу по платью, что не бедненький, – засмеялась Рузя, потом вдруг повернулась к Зельде и спросила: – А что фамилия этого доктора, не Зеленский случайно?

– Ну, Зеленский, – ответила Зельда и нахмурилась на Рузю.

 – Это кто тебе уже доложил?

Зельдины тёмные глаза имели удивительное свойство смотреть как будто насквозь и от того Рузе всегда делалось немного не по себе.

– Никто. Я сама догадалась.

– А откуда ты про Зеленского знаешь?

– Знакома.

– Врёшь.

– Не вру. Я на свидание с ним сегодня ходила. А завтра опять пойду!

После этих слов Рузя так пренебрежительно посмотрела на Зельду, не иначе та проигралась на скачках и теперь просила у Рузи на тарелку супа.

Но Зельда задала Рузе один вопрос и сбила весь гонор.

– Прости, подружка, я спросить тебя забыла! Так ты в тюрьме сидеть не будешь?

– Нет, не буду, – сказала Рузя сквозь зубы.

– А что так? Не берут? – Зельда хохотала, запрокинув голову. – Нашу Рузю ни в тюрьму, ни замуж не берут!

– А может мне и не надо замуж?

– Гляди! Не предлагали – вот и не надо.

– Можно подумать тебе предлагали? – обиделась Рузя.

– Портвейн будешь? – Зельда отложила шитьё и пошла к буфету. – У меня здесь осталось полбутылки.

– Буду.

До полночи они цедили портвейн, Зельда слушала, как Рузя умудрилась избежать тюрьмы и как удачно повернулась к ней судьба. Поворот казался неожиданным.

– Этот твой Мрозовский – опасный человек, – сказала Зельда задумчиво.

– Почему?!

– Жизнь покажет, – ответила Зельда.