Без чувств

– Что же, на этом пока всё, – нотариус облегчённо выдохнул и прошёл к двери, чётко давая понять, что бы все поспешили уйти из его конторы, – Василиса, документы я подготовлю в ближайшие дни, сообщу вам. А ключи от квартиры уже ваши, можете пользоваться.

Вася взяла связку ключей и спрятала её в рюкзак, затем подхватила под руку одну из сестричек и пошла вслед за мамой, которая сопровождала вторую болтливую старушку. На улице их ждал уже знакомый Василисе таксист. Как только они вышли из конторы, он громко просигналил и подъехал к ним.

– Слава, спасибо, что согласился довезти наших девочек, – Валентина раскрыла заднюю дверь такси и стала усаживать своих тёток в машину.

– Да мне не трудно, к тому же двойная оплата лишней не будет, – усмехнулся водитель, – Как всё прошло с Дорой?

– Как и со всеми до неё, – прокряхтела Валентина, – За годы ничего нового в похоронном деле не появилось. Ты кстати хорошо знал мою мать?

– А то, кто ж её не знал, – хмыкнул он в ответ.

– Чем же она была так известна? – Василиса пристально посмотрела на мужчину.

Слава сначала улыбнулся во все свои оставшиеся немногочисленные зубы, затем перевёл взгляд на мрачное лицо Валентины и в один момент подобрался, опустил глаза, но всё же быстро отчеканил:

– Кто же старожил города не знает? Дору все знали и уважали.

– Надо же, какие высокоморальные люди, оказывается, живут в нашем городе. Всем районом ещё и на похороны приехали, – усмехнулась Василиса, чётко понимая, что таксист врал и совершенно неумело.

– Конечно, это только москвичи думают, что в глубинке все неотёсанные, а мы ого-го какие высокие и моральные, – Слава поднял вверх палец и затем тут же сел обратно в машину. Просигналив на прощанье два раза, он рванул с места, будто гонщик на формуле один.

– Надеюсь, доедут, – Валентина перекрестилась и устало закатила глаза, – Поехали и мы домой? – она посмотрела на дочь.

– Домой я уже точно не успею, – запутавшись в своих мыслях, ответила Вася.

– Я вообще-то о нашем доме, – обиженно ответила Валентина.

Василиса уловила осуждающие её нотки в голосе матери, но эффекта на неё это не произвело. Она давно дала ей понять, что домом квартиру матери не считает. А при мысли, что ей придётся весь вечер провести наедине с Валентиной, слушая её слезливые рассказы о Доре, Василисе становилось невыносимо тоскливо, и она поспешила попрощаться:

– Я, пожалуй, съезжу в квартиру к Доре. Может, там я найду хоть какие-то ответы.