Линия жизни

Как всё просто: чёрное – белое, плохое – хорошее. Третьего не дано, выбор только из этих двух категорий. Но как обидно снова возвращаться на чёрную полосу!

Если бы только Женя Лаптева знала, какие ей ещё предстоят полосы в жизни!..

Возвращаясь из недавнего гастронома, ныне гордо именуемого супермаркетом, Женя вдруг увидела у своего подъезда «Скорую помощь» и милицию. Она резко остановилась. То, что ещё не отболело, вновь встало перед глазами. Дача в Переделкино, внезапный сердечный приступ у Михаила. Она плакала, рыдала, кричала, звала, делала искусственное дыхание – но всё напрасно.

Приехавшая «неотложка» ничем не могла помочь. Врачи только разводили руками…

Как из незажившей раны льётся кровь, так из её неотплакавших своё горе глаз брызнули слёзы. Она побежала, не видя дороги перед собой, закрывая лицо руками в перчатках и сдерживая рыдания. Забежав в квартиру и захлопнув за собой дверь, она разрыдалась в полную силу. Её тело содрогалось от рыданий. Выплакав весь водопад слёз, она постепенно успокоилась.

Облизывая пересохшие губы, оглядываясь вокруг себя в пустой квартире, она снова и снова спрашивала себя: «Зачем теперь жить?» Блуждающий по комнате взгляд наткнулся на портрет Осокина. «Поэтесса – это прежде всего судьба», – словно бы сказал он ей. «Легко так говорить, – подумала Женя, – а когда у тебя не осталось ничего в этой жизни, полная пустота, и стихи не пишутся, и никто их не печатает – тогда поэтессе незачем жить…»

А в это время этажом ниже шёл допрос свидетелей по поводу убийства или самоубийства сантехника Егорова, горького пропойцы, давно потерявшего человеческий облик.

– Вот я вам и говорю: это она убила его. Видели, как она пробежала мимо, закрывшись руками? – шамкала старуха беззубым ртом. – Я видела, что она выходила из его квартиры. Она и мужа свово убила. Такой замечательный человек был! Она ещё летом нам в подъезде заявила, что убьёт его. Сказала, что в Москву приехала за квартирой, а не за мужем.

Следователь старательно записывал каждое слово в протокол.

Дав старухе подписать её показания, он сказал:

– А теперь навестим вашу соседку.

Женя даже не удивилась, когда к ней позвонили. Она открыла сразу, точно ждала гостей. Она не смутилась, увидев людей в милицейской форме. Они о чём-то спрашивали её, но смысл их вопросов не доходил до неё. В конце концов, Женя, чтобы прекратить этот балаган, сказала непрошеным визитёрам:

– Чего вы от меня хотите? Показаний? Я ничего не знаю. Пишите, что хотите, я всё подпишу.