Черная, как ночь

– Гнать надо отсюда этих сопляков, молоко на губах еще не обсохло! – послышался недовольный голос из-за дальнего столика.

– Прикуси язык, – нагло бросил Майкл.

– Не помню дня, чтобы со мной так разговаривали, – вставая, сказал чрезмерно упитанный мужчина.

– 19 августа 1984 года, – рявкнул Томас, разминая кулаки. – И я постараюсь, чтобы ты запомнил этот день.

Томас подавал неплохие надежды в боксе и мог стать отличным спортсменом, если бы не частые драки, в которых он принимал активное участие. В шестнадцать лет он выбыл из спорта за несоблюдение правил и слонялся без дела, растрачивая налево и направо заработанные деньги.

Для подобного заведения Томаса можно было рассматривать как перспективного задиру с петушиным нравом и горячностью характера.

– Кажется, стоит надрать им задницы ремнем, – сказал крепкий мужчина и встал из-за стола.

Томас выступил вперед и с улыбкой сказал:

– Смотри штаны не потеряй! Даже не начинай – проиграешь! – махнул он рукой.

Рассерженные мужики минуту раздумывали.

Половина считала, что нахальство двух молодых парней надо пресечь, другая принимала сторону ребят, считая, что растет новое поколение на смену таким как они. Весь этот пышный пирог начинялся криками и спорами. Бармен в это время подумывал, чем он будет защищаться, подыскивая подходящие предметы для обороны. А вообще, он категорически был против затеянной драки.

– Вы нарушаете правила! Они ведь еще сопливые! – беспокоился он.

– Нам уже восемнадцать, – с гордостью произнес Майкл.

– С тобой, красавчик, я бы провела чудесный вечер, – обратилась к Майклу молодая женщина.

– Ты не в моем вкусе, – бросил он ей в ответ.

– Нет, а он мне нравится, – улыбнулась она и послала юноше воздушный поцелуй.

Женщины смотрели на все сквозь пальцы и безразлично улыбались в преддверии скорого балагана. В эту минуту дверь в бар открылась, и зашли двое молодых людей лет двадцати пяти. Сразу было видно, что они не местные.

– Открыто? – громко спросил Александр.

– Ну конечно! Мы только вас и ждали! – громко сказал здоровый мужик, широко ехидно улыбаясь. – Вы даже не представляете, насколько ваш приход обрадовал всех нас.

– Тогда два пива! – обратился Игнасио к бармену.

– Здесь принято говорить «пожалуйста», – развязанно сказал толстяк и подмигнул бармену.

– Нам надо извиниться? – раскованно спросил Игнасио.

– Нет, вас надо научить хорошим манерам, – ответил бармен, вытирая полотенцем пивные бокалы.