Двойное счастье для Лютого

– Неутешительные, – снова прямо ответил доктор. – Всё решат несколько дней, если он придёт в себя, значит, это уже будет хорошо, если нет, то вероятность того, что он проснётся, с каждым днём будет снижаться.

Понимая, что мне нужно побыть с папой, доктор похлопал меня по плечу и вышел. А я подошла к папе и, присев рядом с ним, взяла его за руку.

***

Глава 3

– Папочка, папулечка, – прошептала я, держа его за руку. – Папочка, пожалуйста, живи. Не бросай меня, пожалуйста. Ты мне очень нужен.

Я просила папу не бросать меня, просила быть со мной рядом. Говорила, как сильно я его люблю, как скучала по нему, как сильно он мне нужен. Я умоляла, просила, а по щекам ручьями текли слёзы, падая на папину руку. Я надеялась, что он меня слышит, что чувствует моё присутствие. И зная, что я его здесь жду, обязательно очнётся. Я чувствовала, ему просто необходимо знать, что он здесь нужен.

Я не знаю, сколько просидела около папы, но в реанимацию вошёл доктор и попросил меня выйти.

– Арина Николаевна, – вновь обратился ко мне доктор, – я понимаю, что вам сейчас очень тяжело, но я просто обязан вам это сказать. – Начал он и замолчал, видимо подбирал слова, чтобы что-то мне сказать. – В машине во время аварии был не только ваш отец, в ней находилась так же и ваша мама. – Он снова замолчал. – Мне очень жаль, но к приезду скоро она была уже мертва.

– Где она? – тихо прошептала я, и новый поток слёзы хлынул из глаз.

– Она находится в морге, вам нужно её опознать. – Доктор сочувственно посмотрел на меня. – Если вы пока не готовы, то…

– Я готова, – согласила я.

Потом доктор позвонил кому-то, за нами пришли, и мы с крёстной отправились к маме. И чем ближе мы подходили, тем реже билось моё сердце. Оно словно пропускало удары, жизнь замедлилась. Я не заметила, как мы пришли.

– Вы готовы? – услышала я отдалённый голос мужчины, в ответ я молча кивнула.

Тогда мужчина приподнял простыню, и я увидела маму. В этот момент моя жизнь разделилась на до и после. И если папа сейчас лежал в реанимации хоть и в тяжёлом состоянии, но он был жив. А вот у мамы больше нет шансов.

– Нет, нет, нет, – начала повторять я, отрицая очевидное. – Нет, этого не может быть нет!

Больше не в силах на это смотреть я бросилась в объятия крёстной.